Древняя штучка

 – Но почему со своим предложением вы решили обратиться именно ко мне?

Изобразив снисходительно-суперменскую улыбку, Лев неспешно пояснил:

– Начну с того, почему я вообще решил искать себе партнера из иностранцев. На Западе я бываю очень редко, поэтому плохо знаю рынок антиквариата и всевозможных редкостей, особенно «черный». А исходя из той информации, каковую мне удалось раздобыть, вы мне показались человеком наиболее подходящим – и по своей деловой хватке, и по умению выполнять свои договорные обязательства.

– О, да, да! Я весьма привержен корректности в общении со своими деловыми партнерами! – чуть горделиво произнес Локс.

 – Но тогда давайте определимся: какова ваша доля?

Неспешно отпив коньяк, Лев столь же неспешно обронил:

– У нас, в России, в таких случаях, когда ситуация слишком неопределенна, обычно избирают вариант самый простой – фифти-фифти, пятьдесят на пятьдесят. Это последнее слово. Торг, думаю, будет излишним.

По лицу американца было видно, что ему край как хочется поторговаться.

Однако слова Гурова о неуместности торга разом обрубили все его желания. Повздыхав, Локс изобразил отчаянный взмах рукой и объявил:

– Пятьдесят так пятьдесят! Но каковы шансы того, что вы его сможете найти?

– Шансы хорошие, – вновь отпивая коньяк, объявил Лев с авторитетным видом. – Но тут главная сложность вовсе не в том, чтобы папирус найти, а в том, чтобы изъять. Ведь если бы я его добывал для того, чтобы вернуть профессору, то мог бы подключить спецназ. А поскольку я буду добывать его в частном порядке, для нашего консорциума, то идти придется без спецназа.

А что собой представляет «рашен мафия», я думаю, в Штатах не знает только слепоглухой.

При этих словах он изобразил рукой некий «устрашающий» жест, на что Локс авторитетно закивал в ответ: да, да! Знаем, знаем!

– Поэтому, я думаю, – потерев переносицу кончиком пальца, продолжил Гуров, – без стрельбы и трупов не обойдется. Кстати! Это все я рассказываю вам не для того, чтобы выторговать себе больше. Вовсе нет! У нас говорят – уговор дороже денег.

Договорились пятьдесят на пятьдесят – пусть так и останется. Я имею в виду, что вам в этом плане тоже следует явить какую-то активность. Вдруг к вам поступит информация, что кто-то намеревается продать этот раритет, например, в Европу? Случись такое, немедленно звоните мне. Я тут же беру дело в свои руки, и раритет – наш! Вот, кстати, моя визитка.

– Браво! – пробежав взглядом по визитной карточке, восторженно улыбнулся американец.