Древняя штучка

Но к той поре уже сама Луиза, поднаторевшая в различных махинациях, сумела переложить вину на своего бухгалтера, так что под суд пошла та, а Чубаткина немедленно уволилась и, найдя себе небедного москвича из академической среды, уехала с ним в Москву.

«Ай да Луиза! Ай да прохиндейка!» – мысленно констатировал Гуров, дочитав статью.

Эта тема его заинтересовала, и он набрал в поисковой системе запрос по Александру Кираяну. Компьютер тут же выдал целую подборку статей этого журналиста, как понял Лев, автора немалого числа разоблачительных материалов.

Их антигероями становились представители криминала и власти, в том числе чиновники, депутаты разных уровней, бизнесмены, представители богемы и главы деструктивных сект…

Пробегая взглядом по заголовкам, Гуров вдруг увидел последний в этом ряду, который гласил: «Гибель Кираяна – случайность или чья-то месть?» Как оказалось, вскоре после выхода «Фальшивой ноты» Кираян при весьма странных обстоятельствах попал в автокатастрофу, в результате которой погиб на месте.

Прибывшие спасатели и «Скорая» лишь констатировали мгновенную смерть из-за травм, несовместимых с жизнью. По мнению автора очерка, это ДТП могло быть местью Лекаря, который подобным способом уже не единожды расправлялся с теми, кто был ему неугоден.

Чтение этого материала прервал звук чьих-то шагов, раздавшихся за дверью, и на пороге появился сияющий и довольный жизнью Станислав Крячко. Поздоровавшись, Стас с ходу заинтересовался:

– Что изучаем? Что-то очень интересное?

– Садись, почитай, – многообещающе предложил Гуров.

 – Думаю, тебе это будет и интересно, и полезно.

– Хм… – Крячко, настороженно взглянув на экран монитора, медленно опустился на стул. – А-а-а, вон тут чего! Про Луизу? Ну-ну…

Быстро пробежав глазами статью, он вопросительно взглянул на Льва:

– И что я должен почерпнуть из этого опуса? То, что Луиза – криминальный элемент и с ней связываться не резон? Так я с ней и не собираюсь заводить шуры-муры.

Или ты хочешь сказать, что она, все еще имея связь с Лекарем, «слила» ему информацию про папирус и, следовательно, он может быть причастен к нападению на Фэртона?

– Именно! – Гуров вскинул палец перед самым носом Станислава. – Не оттуда ли ветер дует? Хотя! Ничуть не лишним будет, если ты еще раз убедишься в том, что во взаимоотношениях с подозреваемыми лирике места быть не может."

"– Уже! Уже убедился, – сердито отмахнулся Станислав.