Драконья доля

А старалась я по вечерам, у себя в комнатке, перерисовывая в купленную за два медяка тетрадку страницу за страницей из даденной книги. Каждая страница — одна буква со всеми видами написания, и всякие слова, где та встречается. Пальцы не слушались. Результат стараний отражался в основном на моих руках и лице — я ходила перемазанная в чернилах. Причём они не смывались, только линяли и выцветали примерно за неделю.

В результате мне пришлось явить недюжинные осмотрительность и проворство, чтобы не попадаться в таком виде на глаза леди Лобелии — вряд ли бы та одобрила наличие девиц с чёрными пальцами и синими щеками у себя в доме.

Дошло до ныряния под стол с натягиванием на себя скатерти и пряток за занавесками.

Надо бы что-то придумать, чтоб не ходить перемазанной.

Выход нашла Кайра. Поглядела, как я прячу руки за спину, и сказала:

— Пиши пока карандашом.

А ведь верно! А как наловчусь давить ровно и выводить плавно, тогда уж можно и чернилами.

Зрела мысль, что если научусь читать как следует, смогу найти в библиотеке что-нибудь о драконах или магах.

Неужели столько книг, а о них — совсем ничего нет?

Но читать я стала увереннее. Наверное, сейчас бы я сумела разобрать то письмо, только лист, пока брела по лесу под дождём, намок, слипся, чернила расплылись, а строчки превратились в пятна и разводы. Осталось лишь внизу «Навечно твой…», а кто твой, и не разберёшь… Жаль.

Как-то раз днём меня позвала леди Лобелия. Сначала расспрашивала о том, что и как делаю. Нравится ли мне в доме, куда хожу за покупками, что беру…

Осторожно подбирая слова, стала отвечать.

Например, я уже знала, что женщин нельзя звать девками, бабами или тётками. Надо по-другому. Если благородная, то дама или леди. Если простолюдинка, то девушка, горожанка или крестьянка. Или, в крайнем случае, можно сказать «эта особа».

И всё равно опростоволосилась, ляпнула не то, что надо. Хотела объяснить, что стараюсь выбрать самое лучшее и свежее для таких уважаемых и достойных хозяев, гордо произнесла «рентабельные господа…», а леди Лобелия отчего-то порозовела, замахала веером и стала кусать губы.

Оказалось, уважаемый — респектабельный. А рентабельный — это тот, с которого деньги берёшь, чтобы получить прибыль побольше. Неудобно вышло.

— Не смущайся, приятно узнать, что прислуга довольна оплатой, — улыбнувшись, кивнула леди Лобелия. — А теперь пройдись по комнате и поклонись.

Я послушно обошла вокруг стола и присела.

— Нет, не так. Следи за моей рукой.