Принадлежать им

А мне в кайф! Меня трясет, колотит, выгибает!

Черный пережидает мой дикий оргазм, а затем, матерясь, проводит пару раз по члену кулаком и кончает мне на вздрагивающий живот.

Серый, с низким прочувствованным матом, придерживает меня, кладет руку на горло, сжимает… Глаза его — черные бездонные дула. Смерть моя.

— Глотай. — Приказывает он.

И я подчиняюсь.

Вкуса почти не чувствую, все где-то так, в гортани. Тяжело сглатываю, и Серый отслеживает движение моего горла пальцами. Зрачки его расширены, как у безумного.

— Молодец… — шепчет он одобрительно, покидая мой рот.

Тяжело дышу, прикрыв глаза. Чувствую, как жесткая лапа ведет по моему испачканному животу, слышу одобрительное сопение Черного.

Боже… Они меня убили, практически… Надо было уговаривать их забрать эти десять лямов… О чем я думала?

Мир внезапно переворачивается, я оказываюсь на животе.

Бессмысленно и удивленно таращусь на свои связанные майкой запястья.

Чувствую, как мне под бедра подкладывают подушку, как приподнимают чуть-чуть, устанавливая в нужную позу, развратную до безумия. Хотя… Можно подумать то, что тут сейчас происходило, было пипец, как целомудренно!

Оторопело смотрю, как Серый, глотнув воды из стоящей на тумбочке бутылки, скользит к изголовью и садится прямо напротив моего лица. Бесстыдно раскидывает ноги… И его член опять стоит.

Моргаю на этого монстра, покачивающегося перед моим лицом.

И ахаю, когда ощущаю жесткое проникновение второго члена, погабаритней, чем тот, что сейчас вижу!

— О-о-о… Опять? — вырывается у меня непроизвольно, — но мы же только что…

— Блять, конфетка, — возмущению в голосе Черного нет предела, — это разве наказание было? Вообще нет! Это было — поощрение!

Здоровенный член мягко, неторопливо заполняет меня, делая так больно-хорошо, что взвыть хочется от кайфа!

Передо мной гипнотически скользят вверх и вниз крепкие длинные пальцы на крепком длинном члене… Завораживает… И взгляд Серого, спокойный, внимательный, тоже завораживает.

Наполненность такая, что кажется уже чрезмерной. Но это быстро проходит, стоит Черному пару раз качнуться вперед-назад, толком даже не двигаясь.

Прогибаюсь в пояснице, инстинктивно желая облегчить грубому любовнику проникновение, а себе — продлить кайф, и Черный одобрительно хлопает меня по ягодице.