Принадлежать им

И мы втроем замираем, глядя друг на друга ошалело.

Даже Черный, который все то время, что я падала на колени его брата, подвергалась людоедской атаке и дергала руками, беспрестанно и злобно матерился, не желая убирать своих лап, затыкается.

Я дышу, пытаясь прийти в себя.

Осознать случившееся.

Это что такое было, вообще?

— Это что, мать твою, было??? — вторит моим паническим мыслям грозный хриплый рык Черного. — Серый, ты охуел?

— Сам хорош, — Серый, о временном помутнении которого говорят только чуть покрасневшие щеки и подрагивающие возбужденно крылья носа, говорит холодно и спокойно, — зачем тискал ее? Надо было просто отпустить.

А сам при этом облизывается, каннибал чертов.. И задумчиво так гладит горячими пальцами по шее. Там, где все горит после укуса.

— Да я задумался! — рявкает с досадой Черный, — и увлекся! А ты…

— А мне надо в универ… — торопливо влезаю я в перебранку, уже по опыту этих дней зная, что завершится она может очень нескоро.

Что характерно, это вообще никак не влияет на их дальнейшее общение и совместный досуг. Со мной. Только острее все делает, ярче, я бы сказала. Дурдом какой…

Черный смотрит на меня, выпрямившуюся на коленях его брата и даже ручки сложившую перед собой, словно правильная такая девочка.

Которую только что чуть не разорвали на части двое матерых зверюг.

Скалится раздраженно, тянет меня на себя, вытаскивая из машины, словно морковку из земли.

Ставит на землю, бережно поправляет сбившийся ворот футболки, пряча то место, которое покусал его брат.

Серый надевает мне на голову кепку, слетевшую в процессе покуса. Невесомо ведет нервными пальцами по затылку и позвонкам на спине.

Мурашки по коже бегут с такой готовностью, словно я жду этих касаний. Одновременно заботливых и жестких. Намекающих.

— Мы быстро с делами разберемся, конфетка, — говорит Черный, переглянувшись над моей головой с братом и, как всегда, о чем-то бессловесно пообщавшись, — так что ждем твоего звонка.

— И ты знаешь, что сказать задротику, — добавляет Серый.

— Ага… — неопределенно киваю я, поправляя лямку рюкзака.

Черный закрывает водительскую дверь, пропускает меня и поощрительно шлепает по заднице."

"Вспыхиваю, ускоряюсь, наклонив голову и пряча красное лицо под козырьком кепки. Со всех сторон на меня смотрят. И это вообще не моя фантазия.