Драгоценный выстрел

Боря сидел в ближайшем от входа «пенале», который по сравнению с остальными, как ни странно, был самым укромным, сюда, в уголок, почти не долетали звуки из зала. Он заказал пиццу и чай и, откусывая внушительные куски и запивая их сладкой жижей, по-видимому, был совершенно доволен жизнью.

Гуров пиццу заказывать не стал. Приняв из рук ярко раскрашенной девушки пластиковый стаканчик с горячим кофе, он прошел к крайнему «пеналу», находящемуся в укромном уголке, и, сев на соседнюю лавку напротив Бори, дружелюбно улыбнулся.

— Приятного аппетита. Не возражаешь, если я присяду?

Не ожидая никакого подвоха, Боря кивнул.

— Вот спасибо. Вкусная у них пицца?

— Ничего.

— А вот я не любитель. Для желудка, говорят, вредно.

В ответ Боря натянуто улыбнулся, решив, по-видимому, что попал на одного из тех не в меру общительных граждан, которые заходят в кафе лишь для того, чтобы рассказать кому-нибудь из клиентов «свою историю».

— Так, значит, получается, это ты Барсука расстрелял? А, Боря? — продолжал Гуров. — По собственной, значит, инициативе?

Боря перестал жевать.

— Что смотришь? Удивлен? Ладно, не буду тебя томить. Какой смысл играть в игры и дурацкие загадки загадывать? Времени у нас с тобой и без того немного. На-ка вот, взгляни. Приходилось рассматривать такие картинки? — Лев достал удостоверение и, развернув, показал Боре. Глаза у того поползли на лоб, а нижняя челюсть непроизвольно начала опускаться. — Вижу, что приходилось. Это хорошо. Меньше объяснять придется. Чтобы ты не волновался, Боря, сразу скажу, что лично ты мне мало интересен, даже если и правда, что этот расстрел на дороге — твоих рук дело.

Нужен мне твой хозяин. Я про него столько интересного знаю, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Но вот незадача — суду моих знаний будет недостаточно. Суду доказательства нужны. А с доказательствами у меня, Боря, проблема. Очень уж он умный, твой Назар, никак не подцепишь. Ничего он сам своими руками не делает, все полномочия другим делегирует, а эти другие — люди совестливые, считают, что нехорошо любимого начальника закладывать. А, Боря? Ты ведь именно так считаешь? Спроси тебя сейчас — а не Мунтяну ли приказал тебе расстрелять Барсукова или Якупову катастрофу подстроить, ты ведь, наверное, не ответишь? А? Ведь не ответишь?

Боря, уже успевший проглотить недожеванную пиццу, молча смотрел на полковника, и не нужно было быть особо проницательным физиономистом, чтобы догадаться — нет, не ответит.

— Вот и я так подумал, — после паузы продолжил Гуров.