Дорога на Альциону (СИ)

К этому моменту технические андроиды должны возвести первичные убежища для людей со всеми необходимыми удобствами, наметить инфраструктуру будущего города, провести весь спектр необходимых исследований и многое другое, — Клеопатра говорила ровным, спокойным голосом, глядя мимо Антона. Казалось, она предалась воспоминаниям, но это было не так — у кибернетического интеллекта их попросту нет. Есть файлы долгосрочной памяти. Информация в них никогда не потускнеет и не забудется, и даже бездна времени в двенадцать веков не принесет савана забвения.

"

"— Но из-за солнечной вспышки все пошло не так, — продолжила Клео. — Колонистов пробуждали как можно скорее. Врач-крионик Павел Розанов и группа медиков метались между посадочными модулями, делая все возможное. Аппаратура жизнеобеспечения камер гиперсна давала сбои, угрожающие жизни людей. Розанов спас сотни, если не тысячи, жизней. И все равно двести шестнадцать человек так и не вышли из гиперсна. Нужно было срочно принимать решение — что делать с людьми.

Почти тридцать тысяч человек, истощенные длительным анабиозом, казались «выброшены» в объятия чужой планеты.

Клеопатра вновь замолчала. Антон не торопил ее.

— Я разработала алгоритм действий, учтя рекомендации Подольского, Берестова и Розанова. Он подразумевал проведение целого комплекса мероприятий, рассчитанного на длительное время. Безделье для такой огромной людской массы губительно во всех смыслах. Рассказ о гибели двух посадочных модулей подействовал на людей угнетающе. Но выбора не было — Стожар теперь стал для них новым домом, который нужно было обустраивать.

Дисциплина и жесткий распорядок дня оказали благотворное влияние на умы людей — ропота почти не было. Как я уже сказала, все началось через десять с половиной месяцев.

Клео вдруг пристально взглянула на Антона.

— Вы, люди, странные существа. Ваше мышление и поступки не поддаются никакой логике, — продолжила она. — Вы хотите все и сразу, хотя, при этом, прекрасно понимаете абсурдность этого желания. Вы боитесь трудностей и не хотите ничего делать даже для собственного блага…

— Может, хватит?! — рявкнул Марков.

Слова Клео, словно тяжелые камни, падали в душу, вызывая неприятный осадок. — Меня не интересуют твои размышления о человеческой природе! Что случилось конкретно?

— Это не размышления, Антон, — спокойно парировала Клео. — Это выводы. И это — правда. Возможно, Подольский в чем-то ошибался, и люди просто устали. Может, причина в чем-то еще — я не смогла выяснить.