Дорога гнева

При обыске квартиры невезучего упыря нашли нашу листовку, заныканную на кухне, после чего трое неразумных полицаев в приступе служебного рвения залезли на чердак. Соседи нашего добровольного помощника, на свою беду проживающие в этом же доме, были очень недовольны – слишком тонким слоем полицаев размазало по чердаку. Половина крыши куда-то улетела, а сам чердак вонял тухлятиной всю весну, так как отскрести полицаев от стропил и обрешётки остатков крыши оказалось неимоверно тяжёлым занятием.

Так что за заначкой, оставленной мной, можно не возвращаться.

Добрались мы до Гебитскомиссара Генерального округа Латвии ночью. Судя по обстановке и заныканным по всей этой громадной квартире тайникам, должность была у чиновника весьма хлебная. Таких комиссаров в Латвии шесть, знал бы, где живут остальные пятеро, только бы к ним в гости и ходил. Переводчик тоже был парень не бедный, но здесь просто другой уровень. Жил чиновник не один, так что пришлось пообщаться и с его моложавой супругой, вот она-то и рассказала о соседе по этажу, работающему на станции.

Злобное гестапо забрало труженика железнодорожного транспорта прямо в подъезде ранним утром, когда человек шёл на работу, и занесло в соседнюю квартиру. К вечеру мы знали всю обстановку на станции. Время смены патрулей, количество скопившихся составов, состояние взорванных путей, которые ударными темпами восстанавливали, и прочие мелкие, но крайне необходимые в нашем деле разности. Времени на очередное хулиганство у нас было очень мало, всего четыре часа полной темноты.

Станцию очень крепко охраняли по периметру, но вот технический въезд в депо охранялся не очень, всего только отделением полицаев. Находился он совсем недалеко от этого дома, но главное, что меня заинтересовало, – то, что все пути были забиты составами. Расположение составов мужик выдавать не хотел, но я был очень настойчив и показал ему пару любопытных фото из личной коллекции, а угрюмый «Ёж» сломал три пальца. Вечно он торопится.