Дом Зверя

Потом взял подушку и вытер пот с лица.

Боже мой, - думал он. - Приснится же такое.

Он взглянул на часы. Девять двадцать. Он пробыл в постели не более трех часов. Правда, он немного поспал до того, как к нему постучались Марти и Клэр.

Боже, если бы только ВСЕ оказалось сном.

Он подполз к краю кровати и сел. Синяк на животе, куда ударил Марти - он первый начал! - походил на грязное пятно. На тыльной стороне руки осталось несколько царапин, но он даже костяшки не содрал. Он придвинулся к зеркалу над туалетным столиком и осмотрел свое лицо.

Он пошел в ванную. Нагнувшись над ванной, внимательно изучил эмалированное покрытие, в поисках следов крови. Особенно тщательно осмотрел место вокруг слива. Ванна выглядела чистой. Но все-таки, следовало еще разок ополоснуться в океане, прежде чем возвращаться в номер и принимать душ.

Он включил душ, отладил температуру и шагнул под горячую струю. Стоя под бодрящим потоком воды, он обдумывал каждую деталь.

Контракты? Он сжег оба, а пепел спустил в сортир.

Пленка? Он вскрыл кассету, достал из нее пленку, поджег и держал над унитазом, пока она горела, испуская жирный черный дым.

Диктофон? Поскольку он касался его корпуса окровавленными руками, диктофон должен был исчезнуть. И он исчез. В океане.

Фотоаппарат? Та же проблема. То же решение.

Одежда? Сорвав ее с себя, он завязал в каждую вещь по камню и закинул в бушующий прибой. Для обуви и камней не потребовалось.

Автомобили? Решением этой проблемы Горман гордился, считая его блестящим и дерзким. Беря у Марти ключи, он даже не представлял, на что они ему. Но где-то, видимо, в глубине подсознания, у него уже складывался четкий план. И на поверхность он всплыл не раньше, чем Горман добрался до автомобилей.

Поскольку он не мог рисковать, оставляя в «Мерседесе» следы крови Клэр, он оставил его на месте, и доехал до пляжа на машине Марти. Ему очень повезло - он сразу же нашел пляж; туда вело западное ответвление дороги.

Прощай, диктофон, прощай, камера, прощай, одежда! Паршивее всего было отмываться в океане. Хотя нет, всего паршивее было возвращаться потом к автомобилю Марти - мокрым, голым, озябшим, опасаясь попасться кому-нибудь на глаза. Пляж, однако, был пустынен, а единственное здание, откуда его могли заметить, не имело окон.