Печати Мирана (СИ)

В легких стало горячо, а грудь слегка сдавило от волны его темной энергии, к которой за эти сутки я даже немного привыкла.

- Мы будем ухаживать за тобой сами, пока твои пальцы не восстановятся до конца, - сообщил миранец сурово, кивнув на мои ладони, затянутые в восстановительные мембраны.

Я почти застонала от бессилия, пытаясь согнуть и разогнуть пальцы. Кожа на руках почти пришла в норму, хоть и отличалась еще по цвету от остальной кожи тела. Но пальцы все равно слушались плохо, а любая попытка что-то ими взять вызывала неприятную покалывающую боль.

Все это время трое миранцев по очереди находились со мной. Точнее, сначала мы были заперты в отсеке все вместе, пока не пришли результаты наших анализов на лихорадку. А потом, когда нас перевели в другие отсеки, я все равно не избавилась от общества Тагера, Веландера и Зейна, чтоб их.

Капитан Вейс вел себя со мной так, будто наша предыдущая встреча закончилась совсем не так, как она в действительности закончилась. Будто бы - влюбленные, которые просто расстались на некоторое время, а теперь, после долгой разлуки просто воссоединились.

Другие же двое... Суровый лысый здоровяк Зейн и молчаливый и спокойный Веландр, который был блондином, как и Тагер, но с более светлым, почти белым оттенком волос, вызывали у меня еще более неоднозначные чувства.

А как по-другому я бы себя ощущала, если бы трое почти незнакомых мужчин, ведут себя со мной как заправские няньки, пытаясь чуть ли не на руках меня по отсеку таскать, предугадывая любые желания и постоянно спрашивая, как я себя чувствую и чем мне еще помочь. Агрх... Космос... Это просто сумасшествие какое-то.

Я привыкла к разному отношению к себе мужчин. Зитарцы вели себя с женщинами моей расы властно и строго, полностью подавляя их волю и внушая, что главный - это мужчина, и нужно во всем быть ему послушной.

А миранцы... Они просто были другими. А какими именно мне пока не удалось разгадать. Даже несмотря на мое поведение, никто из троих мужчин не раздражался или не злился, был спокоен и уважителен. Не указывал мне на мое место, но и прогибаться как-либо тоже не желал.