Дом в Эльдафьорде

«Я наедаюсь в Эльдафьорде, словно жеребец, — с ужасом подумал он. — Я думал, что тюрьма приучит меня к спартанскому образу жизни, но ничего подобного! Я все время чувствую голод!»

Но Сольвейг и готовила отменно! Терье знал, что делал, когда милостиво позволил ей жить в его доме.

— Как сегодня чувствует себя малютка Йолин? — спросил Эскиль, и Терье тут же сделал нетерпеливый жест.

— Спасибо, неплохо, — со вздохом произнесла Сольвейг. — Он спал сегодня всю ночь, и это было так хорошо для него.

— О, да, но утром он снова завел серенаду, — брюзгливо произнес Терье. — Нет никакого покоя в собственном доме!

Ни Эскиль, ни Сольвейг ничего на это не ответили. Они обменялись только смиренными взглядами.

— Ну, как ты провел ночь, юноша? — прохрюкал красавчик Терье, ковыряя в зубах и чмокая.

— Должен сказать, довольно беспокойно, — усмехнулся Эскиль. — Я могу поклясться, что в доме кто-то был.

Оба настороженно посмотрели на него.

— Но это оказался всего лишь кот!

— Кот? — удивленно спросил Терье.

— Да. Думаю, что это твой кот, Сольвейг. Серо-белый.

— Нет, у нас нет кота. Это наверняка кот Ингер-Лизе, он в бегах уже целую неделю.

— Кот Ингер-Лизе? — удивился Эскиль, сразу решив, что теперь у него появилась возможность снова увидеть хорошенькую девушку.

— Ты ее знаешь? — смущенно произнесла Сольвейг."

"— В общем-то знаю, — неохотно ответил Эскиль. — Я дважды виделся с ней во время прогулки по деревне.

Должен ли он был говорить об этом? Должен ли был объяснять, что Ингер-Лизе кажется ему очень милой?

Терье был не слишком чувствительным ко всякого рода нюансам.

— Как же этот проклятый кот забрался в Йолинсборг? — спросил он.

— Мы же заходили во двор и выходили обратно, — сказал Эскиль, — так что он мог проскользнуть незаметно.

— В самом деле. И где он сейчас? Эскиль задумался.

— Наверно, я его выпустил. Но я точно не помню. Крестьянин с возмущением встал.

— Он не должен находиться в доме! — сказал Терье. — Кошки вечно гадят по углам. От них остается запах. Неряшливые юнцы никогда не присмотрят за своими избалованными животными, а другие люди должны из-за этого страдать!

— Я скажу Ингер-Лизе, что кот ее находится наверху, — сказал Эскиль, напуганный гневом хозяина.