Долгий путь домой

Ощущал как бьется сердце реактора, чувствовал всю сдерживаемую силу и мощь маршевых двигателей, сенсорный блок позволил мне охватить, ощутить огромный кусок космического пространства. Мое сознание поглотило чувство восторга, захлестывая разум волнами новых ощущений. Отработал маневровыми ориентируя судно согласно заданному курсу и активировал маршевые двигатели. Бот начал плавное ускорение в направлении заданной точки.

Перед глазами вспыхнула пульсирующая красная надпись:

— Перегрузка нейронных цепей головного мозга.

Аварийный разрыв соединения.

Мир поблек, сжавшись до пространства крохотной рубки бота. Я лежал в ложементе не открывая глаза. Из изученных баз я знал, что длительное нейросенсорное соединение опасно, а для человека с низким уровнем интеллекта смертельно. Это одна из причин, почему в содружестве и был установлен пилотский минимум в сто двадцать единиц интеллекта. Прямое подключение увеличивало скорость взаимодействия с системами корабля, что приводило к увеличению эффективности управления в экстренных или боевых ситуациях, но вело к перегрузке и разрыву нейронных связей головного мозга.

Многие пилоты, особенно москитного флота, выходили из боя в состоянии растения. Также для многих частое прямое подключение превращалось в своеобразный наркотик и со временем разумный, становился похожим на так полюбившуюся ему бездушную машину. Что не минуемо, приводило к лишению статуса пилота, а как следствие к самоубийству в девяносто девяти процентах случаев. Для безопасного использования необходимы тренировки и постепенное увеличение времени соединения.

Открыл глаза. Провел ладонью по лицу, на перчатке скафандра, словно ртуть, свернулись капельки крови, что текла из носа. Перед ложементом стояла Лиска, упираясь кулачками в бока, она нервно размахивала рыжим хвостом.

— Ну что наигрался, — в ее зеленных глазах раскаленной лавой кипел гнев. — МАЛЬЧИШКА!!!

Разгневанная девчонка исчезла."

"Я и сам понимал всю глупость своего поведения, но не смог удержаться от соблазна. Встав с ложемента отправился в каюту.

Ужасно хотелось есть, да и умыться не мешает. Корабль на курсе, все полетные данные у искина есть, дальше он без меня справится. До того момента как мы войдем в поле обломков и потребуется мое вмешательство еще шесть часов, думаю даже вздремнуть немного успею.

Вздремнуть я успел. За пятнадцать минут до входа в поле обломков меня поднял искин. Проглотив стакан тоника. Облачился в скафандр вбежал в рубку и рухнул в пилотское кресло.