Долгий путь домой

 За последующий месяц, ободрав их до голых корпусов, забил трюм жука под завязку. Этот неуемный Плюшкин хорошо поработал одними обезличенными чипами, у нас двенадцать миллионов кредитов. Цен содружества я не знаю и мне трудно судить много это или мало, но сумма внушает уважение.

Забежав вперед, скажу, что мне полетать так и не удалось. Несмотря на огромное желание, я смог взять себя в руки и не стал менять план обучения и пилотские базы оставил на потом.

Все эти дни мы готовились к отлету. Настроение моей странной команды было приподнятое.

Но вот я выхожу из очередного учебного транса и вижу раздолбанный бот. Его корпус пробит как минимум в шести местах, два из четырех двигателей просто перестали существовать. Как это корыто смогло добраться до станции, я не представляю.

Появившаяся в ангаре Лиска, с встревоженным выражением лица сообщила:"

"— Архи. Флагман роя пострадал, но не уничтожен и на данный момент доступен для визуального наблюдения. Судя по его траектории, он движется по инерции к нам и активно регенерирует.

Час назад два москита разведчика совершили облет станции и вернулись к носителю. По моим подсчетам у нас семь суток до того момента как абордажники роя пожалуют в гости — закончила девушка.

Все наши планы полетели коту под хвост. Следующие семь дней ушли на подготовку побега с прощальным салютом. Пришлось вновь минировать аварийный реактор, а сам отсек, где он находился, мы забили топливными стержнями и обогащенным тирранимовым концентратом, слитки которого нашлись на уцелевших складах.

Бабах должен получиться славный, проклятым паукам понравится, самим бы успеть ноги унести.

Пилотом стал Сашка, пришлось уступить ему базы. Времени на мое обучение просто не осталось. Из четырех БРК, что принимали участие в наших с Сашкой разборках, удалось вернуть в строй два. Один мы забирали с собой, а второй оставляли с задачей обороны реакторного зала. Это должно дать нам немного времени и если повезет, мы не сгорим во вспышке взрыва станции, а флагман роя успеет подойти достаточно близко, что бы оценить наш прощальный салют.

Станция медленно поворачивалась вокруг своей оси. Моему взгляду открывались все новые участки пространства. Слева внизу обзора проплывала планета, на чьей орбите висела станция. Отсутствие атмосферы позволяла разглядеть в деталях горные хребты, что отбрасывали длинные тени. Ломаные линии ущелий чертили на поверхности затейливый узор.