Доктора вызывали?

Короче, замучает парня по полной! Я заказала им ужин, их покормят. Можешь не волноваться. Кстати, зря отказалась от чая. Он того стоит. Смесь из семи трав и зеленого чая. Попробуй!

– Давай! – Яна налила мне чашечку из стоявшего на столике фарфорового чайника. – А почему «Тет-а-тет»? Ведь ты практически находишься один.

– Я долго выбирала название. Но все эти «Рай», «Наслаждение», уже как-то избито, что ли. А так: наедине с собой. Или наедине с душой и телом. Как хочешь.

Я задумалась. А ведь и, правда, ты ни о чем не думаешь.

"Но это как надо чувствовать, чтобы создать такое? Это нужно понимать не только тонкости человеческого тела, но и души! Такое возможно, если человек находится в гармонии с самим собой. Или очень одинок. Потому что только в одиночестве начинаешь ценить то, чем мы так привыкли разбрасываться.

Мои размышления прервало появление Марины. Ее поддерживали под руки и вели две женщины. И если бы я не знала, то подумала, что Марина пьяна.

– Это ничего, что я к вам попросилась? – произнесла заплетающимся языком Сорокина. – Просто, если я буду одна, то точно подумаю, что умерла и попала в рай!

– Ты еще на земле нужна. Рановато в рай собралась, – с довольной от похвалы улыбкой произнесла Яна. – Чай для восстановления девушке. – Кивнула она персоналу.

– Я бы тут осталась, – Маринка была до того расслабленной, что я побоялась, что она вырубится.

– Сейчас все будет норм! – успокоила меня Яна. – Она перенервничала, а тут такой расслабон для нервной системы, вот и поплыла.

Марине принесли ее чай.

– О! – простонала Сорокина.

И тут у Яны зазвонил телефон. Яна вскинула брови и приняла вызов.

И тут произошла полная метаморфоза с Антоновой. Ее голос стал развязным, а слова она растягивала, и можно было подумать, что она хорошо так приняла на грудь.

– Да, Дим? Все отлично! Нет, не дома! Какая разница, где я?! Я уже большая девочка! Ик! Знаю! Она тоже большая девочка! Ик! Да мы вместе! Не ска-жу-у! Сам такой! Нет! Не пора домой! Мы под присмотром мужчины! Ик!

Маринка хихикнула.

Яна протянула мне трубку.

– На! Он уже твой телефон оборвал!

– Кто это? – спросила Сорокина.

– Брат! – шепотом ответила Яна. Вот так тайное становится явным.

– Привет! – ответила, услышав недовольное сопение.