Догнать ревизора, или налог на Золушку (СИ)

Я тогда чуть в обморок не упала от нахлынувших чувств. Мне казалось, что я летаю высоко-высоко, что у меня выросли крылья, и я никогда не упаду на землю, потому что мой Богдан не позволит...

Упала. Больно ломая крылья. Через три дня он так же целовался с Машкой из соседнего подъезда, а я стояла и глотала злые слезы... Как я тогда не сиганула с крыши от отчаяния, знает только мама, которая почувствовала что-то и увезла меня с собой на конференцию в Питер. Там среди дворцов и парков мое горе притупилось, а после превратилось в грустное воспоминание.

Я думала, что вылечилась навсегда, но оказалось, что нет. Сейчас, увидев Богдана, сердце вновь заныло от воспоминаний и несбывшихся надежд.

Так, стоп Анька, ты уже не пятнадцатилетняя глупышка, ты двадцатипятилетний главбух и разведенка, поэтому улыбаемся и машем!

– Так что тебя привело в замок, Богдан? Работа? Или ты прибыл на бал?

Богдан встал рядом и моего носа коснулся легкий парфюм – грейпфрут и полынь.

– Вчера во всех книгах родов появилось новое имя. Имя хозяйки Пурпурного замка, наследницы древнего рода, ведьмы с максимальным уровнем дара. Инквизиция не смогла оставить это без внимания.

– И?..

Я не очень понимала о ком он говорит, не обо мне ведь? Я же никому не сообщала о своей находке и знакомстве с замковым.

– Анна Серова, дочь Виктора Серова и правнучка Епитафии.

– Вот как... – все что я смогла сказать.

Я слушала голос Богдана, но не вникала в слова, на меня, как и десять лет назад, опять напал паралич. Умные мысли исчезли, оставив после себя розовый туман, а в памяти всплывал наш единенный поцелуй. Да какого черта я так на него реагирую? Это была первая любовь! Была и прошла! После нее я влюблялась неоднократно. Да, но никогда это не было так ярко, так волнующе и желанно, и так болезненно...

– О том, что у Епитафии есть наследница, инквизиция узнала в тот год, когда мы познакомились, – тихо рассказывал Богдан.

– Хочешь сказать, что ты пытался инициировать ведьму? – хмыкнул горгул.

Богдан сдержано улыбнулся и опять повернулся ко мне.

– Твоя сила не отозвалась на мой призыв.