Дочь врага. Мой сладкий грех

Кто бы сказал еще пару месяцев назад, что я, взрослый мужик, буду сидеть у ног девочки, целовать ее руки и молить о прощении, ни за что не поверил бы.

Лиза дёргает рукой, отбирая себя у меня.

Отворачивается. Проснулась. Делает вид, что спит, но я точно знаю, что проснулась.

Молча втягиваю воздух, потирая лицо.

Ладно. Новый день и новая битва. Надеюсь, мы выживем.

Поднимаюсь, иду в ванную. Умываюсь холодной водой, чтобы снять усталость. Беру ее зубную щетку и с удовольствием чищу зубы. Ей назло. Вытираюсь ее полотенцем, хотя на полке есть стопка чистых.

Выхожу из ванной. Лизы нет в кровати. Встроенный шкаф распахнут, несколько вещей на полу.

Это что за пиз*ец?

Слышу в стороне прихожей шорох. Иду туда. Лиза, одетая в плащ и обутая в кроссовки, стоит возле двери.

Оборачивается, смиряет меня гневным взглядом.

— Где ключи?!

А ключи у меня в кармане. И слава богу, у нее нет вторых. Иначе бы уже сбежала.

— А куда это ты собралась?

— Подальше от тебя. Верни мне ключи немедленно!

Грозная.

— Нет. Раздевайся.

— А меня парень мой ждет! — выдаёт она. Даже не ревную. Я эту лису хорошо знаю. Врёт она, по глазам вижу.

— Не дождется, — ухмыляюсь. — Раздевайся, пойдем пить кофе, — разворачиваюсь, ухожу в зону кухни.

Хозяйничаю, как у себя дома, настраивая кофемашину. Краем глаза наблюдаю, как Лиза носится по студии и что-то ищет, попутно стягивая с себя плащ.

— Где мой телефон?

— Телефон тоже у меня.

Я прям вижу, как она взрывается, готовая меня убить. Срывается с места, летит в мою сторону.

Давай, девочка моя, иди ко мне в руки.

Лиза, словно читая мои мысли, останавливается в паре шагов от меня.

— Да как ты смеешь прятать мои вещи и запирать меня! — снова приступ гнева, и я его принимаю. Гнев – это не равнодушие. Уже хорошо. — Ты мне никто!

— А ты – всё, что есть у меня, — спокойно произношу я. Гашу ее вспышку. Снова сдувается, опуская руки. — Как я могу отпустить то, что дорого?

— Прекрати бросаться красивыми словами. Это ложь. Если бы я была тебе дорога, ты бы не использовал меня и не отпустил.

Стискиваю челюсти."

"— Понимаешь, малыш. У меня не было в планах тебя использовать. Всё, что у нас тогда случилось… Случилось по-настоящему. Так совпали обстоятельства. Отпустил… Да не отпустил я тебя. Я просто сказал правду, уродливую и как есть, заведомо зная, что ты уйдёшь. Мудак, согласен, но назад не отмотаешь. Всё, мне нечем крыть. Понять не прошу. Прошу простить и принять. Я всё исправлю.