Дочь по контракту

Причина во мне? Знаете, на первом свидании порядочные девушки не целуются, а про интим вообще молчу! Затаили обидку, разинули каравай… даже розочки в целлофанке не подарив!

— Ни в коем случае Анастасия Евгеньевна, — прибавляет скорость, — просто пытаюсь понять, кому я встал поперек глотки на этот раз. Прокурору? Припертому к стенке судье?

— У вас проблемы?

Вмиг грудную клетку схватывает, и я забываю о негодующих воплях. На полкорпуса оборачиваюсь к Марку.

Он посторонний человек, но сегодня я за него волнуюсь.

— Проблемы есть всегда с моим родом деятельности. В край враги оборзели, — грубым посылом отвечает Лютольф. — По приезду я провожу тебя до квартиры.

— Да что случилось?!

— За нами «хвост». Я заметил черный внедорожник еще со двора.

В смятении верчусь.

— Тю… Это шестеренки Олега! Не сердитесь. Не вы им нужны, они свитой за мной мотаются.

— Золотов организовал слежку?

— Муж на всю голову сбрендивший!

С недавних пор, оскорбления адресованные Золотову от меня стали слаще медовой редьки.

— Куда это вы собрались? — клещом впиваюсь в руку Марку.

— Следует объяснить наемникам Олега о манерах…

— Ну, уж нет!

В голосину возмущаюсь. Еще конфликтов мне тут не хватало. Лютольф, наверное, не в курсе насколько отмороженные мордовороты в арсенале Золотова.

— Я не собираюсь решать вопрос рукоприкладством. Есть же правовые нормы, Анастасия Евгеньевна.

— Кого вы обдурить пытаетесь?! Не пущу!

Застывшим взглядом смотрю на Марка. Сильнее сжимаю пальцами его руку. Адвокат прожигает глазами через зеркало остановившихся за нами псов Олега.

— Прошу, не компрометируйте себя, Марк Яковлевич, Олег не из тех, кто привык разбираться по-мужски. Стоит вам приблизиться к его подчиненным, как супруг тут же обратится с жалобными писульками в соответствующие инстанции… а вы человек публичный… ни к чему это…

— Мудрый совет.

С легким сердцем выдыхаю, когда Марк вновь жмет педаль газа и выезжает на полосу движения.

— Ты что-то говорила про цветы, Анастасия? Разве готова к ухаживаниям? Я слышал другое в стенах своей квартиры.

— Сама не знаю чего хочу… стабильности, наверное, тихого женского счастья.