Дочь моего врага 2

 — Ромыч победил Высших, Юля! Теперь мы станем правящим кланом! Юля, ты мать будущего правителя всех оборотней! Ты это понимаешь?!

— Нет, — только и смогла выбросить я, когда осознала, что же брат муж пытается донести до меня. — Другие стаи не примут…

— Куду они денутся! — рассмеялся Бен удивительно легко. Похоже, пока я отхожу от шока от увиденного, он пребывает в эйфории. — Нашего Ромыча никто не победит! — уверенно заявил он, светясь как майское солнце.

Повернув голову к окну, я неожиданно столкнулась с мрачным взглядом своего мужа.

— Бен, — одернула я своего родственника. — Успокойся, — мягко высвободившись из его объятий, я сбросила с плеча руку Бена.

— Ромыч, молодец! — мрачный вид брата его совсем не смутил. Он радовался как ребенок новогодней елке. — Уделал их! ХА! Да я теперь принц! — загорелись глаза Бена. — Я теперь член правящего клана! Йоу! — даже грозный рык старшего брата не мог сейчас омрачить его восторг.

Примирение

Я не могла поверить в ту картину, которую нарисовал себе Бен. Правящий клан, власть, первая леди, принцы… Это слишком фантастично и сказочно, чтобы быть правдой. Взгляд упал на спящего в слинге малыша. Он — будущий Высший? Правитель оборотней, поборник справедливости, ревностно следящий за соблюдением законов и традиций? И я — его мать? Мне вдруг стало тяжело от навалившейся ответственности.

То, что происходило потом, отложилось в памяти урывками. Помню, как Роман принял человеческий облик и вошел в зал один. Вид у него был потрепанный и вымотанный. Его одежда пропиталась потом, волосы прилипли к коже, по лицу размазана чужая кровь. Он походил на варвара, вернувшегося с охоты. Даже Бен перестал паясничать и притих.

— Я же приказал держать Юлю подальше от сражения, — прохрипел он. Уверена, будь у Романа силы, и Бену было бы не избежать громкого скандала.

— Я и держал, — словно провинившийся школьник, он сунул руки в карманы и старался не смотреть на альфу. — Видишь — стоит здесь, за пределы зала не выходила.

— Она видела все через окно, — рыкнул Роман. Я почувствовала, что он находится в шаге от срыва. В таком состоянии он может натворить глупостей. Малейшая искра может привести к взрыву эмоций.

— Успокойся, — я шагнула к Роману и прижалась к его груди. Отвращения не было.