Дочь моего врага 2

Он не волновался так сильно ни перед одним заданием, которое выполнял по указке мафии. Не думал, что показаться на глаза Юле буде так непросто.

Но он должен. Это счастье — увидеть ее, их ребенка, вновь любоваться нежной улыбкой женщины, о которой он не забывал ни на минуту, находясь в плену. Вот-вот наступив момент, о котором он мечтал долгие месяцы — момент их встречи. Протянув руку, Роман осторожно толкнул дверь палаты. Затаив дыхание, сделал шаг вперед и просунул голову в образовавшийся проем. Первое, что уловил взгляд — растерянный взгляд девушки.

Она сидела на постели, а ее голубые глаза в непонимании всматривались в тень у двери. Бледная, какая-то замученная, она еще не увидела его. Тень скрыла лицо Романа, будто решила стать его союзницей. Словно опоздавший на урок школьник, он заставил себя сделать еще шаг вперед и показался на свет. Осторожно, медленно, чтобы не напугать.

Глава 39

— Привет, — шепнул он, не придумав ничего лучше. Юля застыла на кровати в позе сидя. Хорошо, что малыш спал в своей кроватке — теперь им двоим нельзя шуметь.

Манкулов прикрыл дверь и застыл в трех шагах от своей жены. Все лишь три шага, которые он преодолеет за секунду. Он не мог оторвать взгляд от нее, а она от него. Но если Роман любовался Юлей, то молодая мама по-настоящему испугалась. Синие как небо глаза распахнулись, розовые губы приоткрылись, будто она собиралась закричать, но крик застрял в горле. Не укрылось от Романа и то, что жена отпрянула назад, будто боялась его, опасалась. — Я не призрак, — пауза слишком затянулась. Манкулов решил брать дело в свои руки. — Я жив, мой ангел, — удалось выдавить из себя улыбку.

— Жив? — прошептала Юля стремительно бледнеющими губами. Ей же нельзя волноваться! Нужно срочно что-то придумать.

— Меня должны были убить, но не стали, — быстро проговорил Роман. — Мафия решила, что я буду полезен. Заказчику объявили о смерти, но я был жив, — с каждым его словом из синих глаз исчезал страх, но на его место приходили боль и ненависть.

— Но почему ты ничего не сообщил мне? — прошептала она самый главный вопрос, который бередил душу Романа все эти месяцы.

— Я не хотел, чтобы ты волновалась и…и пыталась меня найти, — выдавил он из себя, но голос подвел. Он сел, и его чувство вины оказалось выставлено на показ. Юля застыла с таким видом, словно ослышалась. Её будто обухом по голове огрели. — Пойми, я точно знаю, что ты бы начала пытаться меня искать! — Роман выставил руки вперед в защитном жесте.