Неверный. Свободный роман (СИ)

Акула отправляется с нами.

Алим старательно тащит под мышкой акулу и держит один из маленьких пакетов, который решил взять самостоятельно.

Пакеты с салатом выкидываю без зазрения совести. Рядом с мусоркой ошивается тощая псина, я решаю развязать пакет с колбасой и сыром, накормить бедолагу. Черт знает, откуда даже в хороших районах берутся такие бездомные, бродячие собаки.

Алим в восторге смотрит, еще и акуле говорит, как надо с аппетитом кушать. Псина глотает и облизывается, метет хвостом довольно.

— Пойдем поиграем, — предлагаю Алиму.

Сегодня на улице хорошо, выпал свежий снежок. На детскую площадку сынишка несется быстрее ветра. Я сажусь на лавочку, рядом акула и пакет с уткой.

Смотрю, как в свете фонарей искрится снежок, Алим веселится — на подмерзшей горке кататься в десятки раз веселее.

Полностью погружаюсь в это созерцание. Немного просыпается голод. Плюнув на приличия, развязываю пакет с уткой, отщипывая пальцами кусочек, предварительно выудив из кармана пачку с влажными салфетками.

Господи, как хорошо. И утка у меня вкусная получилась! В ресторане, может быть, и получше приготовят, зато моя все равно вкуснее, я ее с душой готовила. Пальчики оближешь, что я и делаю, бессовестно себе позволяя быть не идеальной.

Пропускаю момент, когда к нам приближается мужчина, заходит сзади и сбоку, но потом обходит скамейку и останавливается рядом, смотрит на меня молча и… садится на другой конец.

Мое сердце мгновенно заходится в тахикардии.

— Что ты здесь делаешь, Мирасов?

лава 59

Александра

— Что ты здесь делаешь, Мирасов?

— За окнами квартиры наблюдаю. Каждый вечер здесь. Никак не могу решить, с какой стороны зайти.

— Ни с какой.

— У вас прогулка, — замечает в мою сторону, но взгляд прикован к сынишке, катящемуся с горки.

С визгом перевернувшись в снег, Алим снова бежит к лестнице, соскальзывает подошвой, падает. Расул дергается, почти как я, готовая бежать и нянчить бо-бошки сына, но потом расслабляется, заметив, как тот снова карабкается, ни капельки не поныв.

— Он ловкий, — замечает.

— Самый лучший, — отвечаю с гордостью. — Так каким ветром тебя сюда занесло? Пришел предупредить, что завтра меня ждет какая-нибудь вселенская гадость в твоем исполнении? Или что?

— Есть варианты. И я их не отрицаю. Умом не отрицаю. Но как-то херово в душе.

Голос Мирасова непривычно спокойный, но в то же время в нем клокочут эмоции.