Дочь кукушки (СИ)

Да, иногда я ловлю себя на мысли, что предпочла бы родиться не во дворце, а в каком-нибудь простом дворянском поместье, чтобы быть более свободной в своих действиях и желаниях. Но такие мысли быстро проходят, стоит мне вспомнить, какая ответственность лежит на королеве. Ты должна думать не о своих интересах, Алэйна, а об интересах своей страны. Пообещай мне это!

Я вздохнула. Еще полчаса назад я собиралась открыть матушке свое сердце, но сейчас сделать это было немыслимо. Я поняла – даже она осудит мою любовь к Артуру.

– Почему бы тебе не пригласить сегодня принцев на музыкальный вечер? Разумеется, не их одних – у тебя в гостиной могла бы собраться вся молодежь, что будет во дворце. Это даст тебе возможность познакомиться с их высочествами чуть ближе. Только помни – ты не должна выделять ни одного из них.

Это было всего лишь предложение, но прозвучало оно столь категорично, что я не посмела возразить.

На протяжении нескольких часов мои фрейлины суетливо готовили вечернее мероприятие – приглашали музыкантов, расставляли в гостиной цветы и писали приглашения на надушенных листах бумаги.

Нужно ли говорить, что к вечеру гостиная наполнилась народом?

Я уже несколько недель жила во дворце, но большинство из собравшихся были мне не знакомы. Не отходивший от меня ни на шаг граф Данзас шепотом называл мне тех, в чью сторону я бросала свой взгляд.

– Его светлость герцог Элезон. Глуп как пробка и совершенно не стоит вашего внимания. Граф Маршан – приглашен сюда исключительно потому, что его старшая сестра замужем за первым министром страны – герцогом де Клари.

В толпе гостей я пыталась высмотреть Вивьен или Артура, но ни той, ни другого тут не было.

– Я хотела бы, чтобы впредь на такие вечера непременно приглашались бы Аранакские, – резко сказала я."

"Было странно, что Данзас, старавшийся во все прочем удовлетворять любые мои капризы, не догадался об этом сам.

Его сиятельство невозмутимо кивнул:

– Конечно, ваше высочество, не извольте беспокоиться.

Заиграла музыка, и разговоры смолкли. Исполнялось что-то очень нежное, приятное для слуха. Даже хохотушка Сильвия де Пюже от этих звуков прониклась лиричным настроением, и взгляд ее стал томным, грустным.

Я посмотрела в сторону графа Маршана – он действительно спал, откинувшись на спинку дивана.