Добро пожаловать в прошлое!

 – Рад встрече с тобой, – голос у него был хриплый, грубоватый, что не совсем вязалось с образом «добряка» и «умника». – Я друг твоего отца, Алексей Сергеевич Матюшин. Мы учились вместе, – кинулся он в пространные объяснения, заметив недоверчивый взгляд Демидова. – Семьями дружили. Я и маму твою знал, Галину. Прекрасная женщина… Как она, кстати?

– Что-то я не помню вас среди друзей отца, – заметил опер неприязненно, внимательно вглядываясь в лицо Матюшина. Отец был общительный, друзей у него много было, и в доме они бывали часто, а вот этого интеллигента с обманчивой внешностью и хитрыми глазами он никогда не видел, это точно.

– Мы дружили еще до твоего рождения, – не растерялся «друг отца». – На свадьбе у твоих родителей гуляли, – он все продолжал улыбаться. – А потом жизнь раскидала… Родители твои в Москву подались, а я так и остался в Подмосковье.

– М-м, – протянул Влад и невежливо, но прямо спросил: – А я-то вам зачем понадобился? – некогда ему тут из себя вежливость разыгрывать.

Мужчина улыбнулся еще шире, еще радушнее, но глубоко-посаженные глаза, отливающие холодным блеском за стеклами очков, так и впились в собеседника недобрым взглядом:

– Да я все зову-зову тебя в гости, а ты не едешь…

– А, так это вы те «важные и серьезные люди», о которых говорил мне Игорь? – тут же сообразил опер. – Сами, значит, пожаловали? Ну, и чем обязан?

От улыбки Матюшина уже практически ничего не осталось, она таяла прямо на глазах. Тот, видимо, понял, что сладкие речи с сыном одноклассника или сокурсника не прокатят, решил больше не притворяться.

– А ты, я вижу, любишь брать быка за рога, – теперь Матюшин говорил иначе, твердо и по делу. И сам он весь преобразился, исчезла показушная добродетель. – Ну, что ж… Хорошо… В общем, так…

Время уже поджимало, Влад непроизвольно кинул взгляд на часы, что не ускользнуло от собеседника.

– Раз ты торопишься на службу, то буду краток, – Матюшин устроился на сиденье поудобнее.

Демидов сделал нетерпеливый жест рукой.