До встречи в следующей жизни

Вернее нет, вам с этим умирать, а это еще хуже. Оттого что вы кричите: «Бога нет!», – он не исчезнет, и вам еще предстоит держать перед ним ответ.

– Отдайте письмо, – жалобно сказала Мария в спину уходящей Зинаиды.

– А с чего вы взяли, – жестко ответила Зина, – что я храню чужие письма? Я его уничтожила еще тогда, в Каннах.

– Возьмите денег, – Мария открыла сумочку, чтобы достать купюры, и Зина увидела кортик, тот самый кортик, в ручке которого хранится тридцать три черных бриллианта.

– Мне не надо вашего подаяния, – гордо сказала Зинаида Григорьевна.

 – Когда-то давно истинные друзья моего мужа, Немирович-Данченко и Станиславский, выпросили у новой власти мне пенсию, и сейчас я ни в чем не нуждаюсь.

Зинаида гордой поступью удалялась от разбитой Марии и не знала, что пенсию ей выпросила в том числе и она, актрисулька, что убила ее мужа Савву Морозова.

Лишь только добравшись до дома, Зинаида села за стол и начала писать письмо дочери Елене Стукен. Она не надеялась, что послание дойдет до адресата, да и живет ли еще по обратному адресу, с которого прислала единственное письмо, дочка – не известно.

Но если бы был хоть один шанс, то почему им не воспользоваться. В письме Зинаида описывала смерть мужа, как она спрятала написанное им письмо, оставив только его конец, выдав за предсмертную записку, как промолчала полиции о выпрыгивающем из окна человеке и про тридцать три черных бриллианта, о которых не знает теперь никто, даже обладательница кортика. Письмо Саввы, которое она, конечно же, сберегла, Зина тоже положила в конверт и запечатала, а вдруг оно все же дойдет, и дочка найдет возможность воспользоваться кладом отца. Если нет, то пусть тайна умрет навсегда, главное, чтобы та, которой они предназначались, так и осталась в неведении.

Очень плохо сделалось Зинаиде, и в глазах стало черно. Оставив письмо на столе, она медленно перебралась на диван. «Надо отлежаться, позже схожу на почту», – подумала она и закрыла глаза, как оказалось, навсегда.

Глава 20. Я убила человека"

"Женьке идти было некуда.

Конечно, можно было попросить у капитана свободную каюту или на худой конец устроиться в кают-компании на мягких диванчиках, что шли по периметру под большими окнами. Но эту мысль он откидывал как ненужную, потому как тогда повод пойти постучаться в каюту к Авроре пропадал безвозвратно. По пути ему попался аниматор Гера.

– Дмитрий, сегодня я на палубе, где убили Анну, нашел это, – сказал молодой человек и протянул ему небольшой камень в целлофановом пакете.