До потери пульса

Проработав там около трех лет, он уволился, опять-таки по собственному желанию, и через несколько месяцев возобновил свою трудовую деятельность, став техником по ремонту швейных машин в ателье «Ирис». За все время работы здесь Мазуров не имел никаких нареканий.

Едва я ознакомилась с личным делом техника, как мне позвонила Корнилова и позвала к себе. Я закрыла папку, но убирать ее на место не стала и пошла в соседний кабинет.

– Вот, Татьяна Александровна, полюбуйтесь. – Ольга Николаевна протянула мне какие-то бумаги.

– Раз по Трудовому кодексу положено отрабатывать две недели, пусть отрабатывают, – предложила я.

– Да, похоже, так и придется поступить, но если с ними, не дай бог, что-то случится, я буду чувствовать себя виноватой. – Корнилова отложила заявления в сторону и поинтересовалась: – Как вы вчера съездили в «Изумрудный»? Машку нашли там?

– Да, можно сказать, нашла, но она не в поселке.

– А где? – уточнила клиентка.

– Кашинцева сейчас проходит лечение в немецкой клинике, естественно, за счет Калинина.

– За невестой? – перебила меня Корнилова.

– Да, его домработница утверждает, что Дмитрий Сергеевич собирается жениться на Марии Васильевне.

– Ну, ЗАГС-то им вряд ли светит, Машке больше подойдет другая аббревиатура. Ей прямая дорога с трапа самолета в СИЗО, – таким мечтательным тоном произнесла моя работодательница, что мне даже жаль стало разбивать ее иллюзии.

Однако мне пришлось это сделать.

– Ольга Николаевна, я, конечно, не уверена в том, что Кашинцева так уж торопится пойти в ЗАГС с Дмитрием Сергеевичем, но вот в следственном изоляторе ей, похоже, делать нечего."

"– Вы хотите сказать, что Калинин внесет залог, и она до суда останется на свободе? – Корнилова все еще витала где-то в облаках и не видела очевидного. Уж больно ей хотелось засадить бывшую невесту своего сына за решетку.