До последнего вздоха

Конечно же, он знал. Что рано или поздно в глубоких глазах Сабины появится страх пойманной безжалостным хищником лани, что её жизнь тут – отсрочка неизбежности, что для большинства девушек дорога, по которой их привозили в этот и другие питомники, дорога без права на «обратно», что сломать систему можно только изнутри и что кто-то должен её сломать.

Я молча посмотрела на него и пошла к деревьям по доходящей до середины икр траве. И что я буду с ним, он тоже знал. Сквозь предательство, сквозь чёрную пустоту. Не прощу, но буду с ним.

А если не знал… Чувствовал на уровне инстинктов, как я чувствовала, что он идёт следом за мной.

— Возьми, — протянул банан. – Морить голодом ребёнка не самая лучшая идея.

— Подчинение входит в список моих обязанностей, — отозвалась невесело. Содрала шкурку и откусила. Банан оказался спелым и сладким. Но перебить горечь это не могло.

Алекс очистил второй. Сохраняя молчание, мы зашли в сад. После дождя пахло сыростью: впитавшей воду землёй и сгнившими яблоками. Я кинула шкурку под дерево.

Алекс, сорвав с ветки желтовато-зелёное яблоко, подал мне.

— Во сколько я должна буду уехать?

— Утром. И, скажу тебе честно, Стэлла, если бы у меня была возможность отправить тебя сегодня, я бы это сделал.

— Почему?

Он мотнул головой. Губы искривились. Интуиция? Или что?

— Как думаешь, нас видно здесь из дома?

— Нет.

— Тогда у меня к тебе просьба."

"Кивком он велел мне продолжать. Я ничего не сказала. Просто сделала к нему шаг и прижалась. Он сразу же провёл по моей голове, приподнял и впился в лицо взглядом.

— Поцелуй меня, — шепнула. – Просто поцелуй. Знаешь… Что бы кто ни говорил, а секс всегда останется одной из самых жизнеутверждающих штук. Но раз уж тут сексом мы заняться не можем…

— Почему нет? – усмешка, мальчишеская ямочка на щеке.

Я глянула на дом. Видно его практически не было, но ощущение, что за нами следят, никуда не делось. Хотя это было не главным.

— Нас связывает слишком много жизнеутверждающего.

— Бесконечно много, детка, — согласился он и, ещё раз усмехнувшись, завладел моими губами.

Яблоко выпало, ударилось рядом. Я обхватила мужа за шею, приподнялась на носочки и прижалась так тесно, как только могла. Раскрыла губы навстречу, впустила его язык и подчинилась. Ему ли? Нашей неизбежности или чему ещё – не знаю. А может, это и не было подчинением. Может быть, я просто доверилась, как доверялась всегда. Только ему и никому кроме.

Заснула я без Алекса, проснулась тоже. Только ночью чувствовала, что он рядом.