Дни нашей жизни

 — Такими темпами он каким-нибудь маньяком вырастет.

И ещё раз похихикала. Другие дети подхватили этот смех. Я не понял: что в этом смешного?

Тогда я впервые смутно почувствовал, что на самом деле взрослые — не гарант защиты. Что они не всесильные, не мудрые, не всемогущие. И если они не посчитают нужным, они не защитят тебя, маленького, ни от чего.

Хуже этого было только понимание того, что иногда взрослые и есть источник угрозы.

На следующий день после этого дня рождения я пришёл в школу и увидел, что у Антона вместо лица какой-то раздутый переспелый помидор с синяками и кровоподтёками.

Все косились на Антона с какой-то опаской. Пошутить над ним теперь никто не решался, даже Илья молчал.

Инна Константиновна, зайдя в класс, сразу увидела лицо Антона.

— Что случилось? — спросила она.

Антон улыбнулся своей привычной наивной улыбкой, в ту минуту особенно жутковатой, и сказал:

— Представляете, Инна Константиновна, я вчера шёл, поскользнулся и упал лицом на лёд.

Да, он всегда так говорил. Такими длинными, полными предложениями, которые не совсем естественно звучали бы и у взрослого. Иногда он даже использовал в своей речи причастные обороты и очень редкие выражения. Бывало, что его сочинения хвалили наравне с моими, и я ощущал между нами негласную конкуренцию.

После его слов Илья гоготнул с последней парты:

— Ха-ха, дебил кривоногий!

Будто какой-то барьер, запретивший на пару минут смеяться над Антоном, упал.

После уроков меня обычно забирал Слава, если мы не шли с Леной к ней домой — она жила прямо напротив школы. В тот день он ждал меня на выходе из класса.

— Что с лицом у Антона? — сразу спросил он.

— Упал на лёд.

Тревога за Антона уже покинула меня. У него действительно очень большие зимние ботинки — непонятно, как он в собственных ногах не путается. Удивительно, что он первый раз так упал!

Но дома, складывая форму в шкаф, я услышал разговор родителей. Они говорили об Антоне.

— Невозможно так упасть на лёд, — говорил Слава. — Ни на что невозможно так упасть. Это надо специально лежать и биться лицом, чтобы такое получилось.