#длягризли

 — Обещаю не храпеть и одеяло на себя не перетаскивать.

Рик порадовался, что вокруг темно. Он почти не видел Эвана — лишь силуэт, да глаза, и сам Эван не мог его толком разглядеть. Сейчас не было ни имен, ни статусов. Только они двое, волей случая оказавшиеся под одним одеялом. Рику нравился их двусмысленный разговор, нравился Эван — своим легким характером и способностью шутить даже когда от усталости сводило зубы. Рику казалось, он все еще чувствует его руки у себя на талии, и хотелось не только ощущать его позади себя, но и обнять, навалившись теперь на его спину.

Наверное, нужно было лечь на спину. Потому что поза и распахнутое одеяло выглядели откровенно приглашающе. Вот только Рику не пришло в голову, что Эван решит подсветить себе путь телефоном.

Он залез в палатку, встал на коленях, явно рассматривая открывшуюся картину, а потом выключил телефон и, судя по звуку, отбросил его в сторону.

А в следующую секунду вокруг талии снова обвились сильные руки.

— Надеюсь, я понял правильно… — выдохнул Эван ему в шею и попытался найти в темноте губы, но промахнулся и поцеловал в подбородок.

— Абсолютно, — с облегчением выдохнул Рик и поцеловал его сам, обнимая так, как очень хотелось — буквально спеленывая руками, накрывая собой.

У Эвана были твердые, отзывчивые губы. Он с жаром ответил на поцелуй, перехватывая инициативу, и Рик с удовольствием подчинился, впуская в рот проворный язык.

Под толстовку тут же забрались теплые пальцы, и Эван довольно выдохнул, проведя ладонями по его спине.

— Мне весь день ужасно хотелось проверить, такое ли классное у тебя тело, как я себе напридумывал, — прошептал он и подергал край кофты. — Снимешь?

— После того, как раздену тебя, — Рик потянул вниз собачку молнии на его толстовке. И, пока Эван стаскивал ее с себя, быстро вывернулся из своей одежды, оставшись голым по пояс.

Черт, как давно у него не было такого. Вернее, как долго он не мог себе такого позволить. Не думать ни о папарацци, ни о имидже. А просто затащить в постель понравившегося парня, и ощущать, как подрагивают чужие пальцы, трогавшие его грудь и живот.

Тот, кажется, тоже не собирался торопиться. На смену пальцам пришли губы — Эван изучал ими его тело, целовал, водил, едва касаясь кожи. А потом прошептал:

— Где твои салфетки?.. — и накрыл ладонью пах.