Дюймовочка и Великан

Лиза кричит, сжимается, волна оргазма накрывает снова. Хабаров следует за ней, кончает, сжав до скрипа зубы, запрокинув голову, но успевает вынуть член, перехватив его, изливаясь спермой на попку девушки.

Спермы много, она на его ладонях, снова скользит по промежности, девушка дрожит, стонет. За год это лучшее, что с ним случилось, сердце не унимается, он тяжело дышит, опускаясь на кровать боком. Прижимая девушку к себе, накрывая грудь ладонью, кусает плечо, втягивая носом аромат кожи.

Молчат. Лиза, закрыв глаза, приходит в себя, расслабляется.

– Я слышу, как ты думаешь, – тихий голос, Хабаров летает в облаках.

– И о чем же?

– О том, что все мужики козлы.

– Угадал.

Лиза улыбается, ее переворачивают, теперь они лежат лицом к лицу, очень близко, Хабаров разглядывает девушку, словно не делал этого. У нее красивые глаза.

– Девочка с глазами из самого синего льда.

Фраза из песни «Сплинов» вырвалась сама собой.

– Что?

– Тебя как зовут, Дюймовочка?"

"– Не поздно для знакомства? – Лиза кусает губы, сейчас Великан не такой суровый, как был, карие глаза, глубокая морщина между бровей. Ему чуть за тридцать, не больше.

– Хорошо, после третьего раза скажешь, а пока будешь Дюймовочкой.

Хабаров полез целоваться, начиная снова возбуждаться.

– Хорошо, я Лиза.

– И что ты, Лиза, делала в лесу?

– В лесу?

– Да, в лесу с Гоголем.

– Мы гуляли.

– Гуляли?

– Да, знаешь, я люблю природу и Гоголя.

Не зная, почему, но Ветрова не хотела говорить правду, что ее похитили, что она сбежала и подожгла баню. А еще наверняка ее ищут, и в город возвращаться нельзя. Если рассказать обо всем, то нужно не забыть упомянуть, как она бюстом Гоголя зарядила в голову Семенихину.

– Значит, литературой увлекаешься?

– Да, есть немного. А ты всех сразу трахаешь?

– Нет, через одну. Вчера нашел белку в лесу, отпустил, не стал ее соблазнять.

Лиза улыбнулась, Великан не выпускал ее из объятий, был возбужден, она чувствовала его эрегированный член.

– Я Егор.

– Прия…

Лизе не дали ничего сказать, вновь начались поцелуи, Хабарову сейчас было все равно, откуда эта Лиза взялась и почему гуляла в лесу в такой странной компании. Он разберется с этим потом, не сейчас.

Внутренний зверь вновь чувствовал голод, он не насытился, он хотел еще.