Дитё. Двойной удар

Оставив Синицына заниматься перегрузкой пушек и боеприпасов, лучники уже вернули стрелы и запаслись трофейными, как и оружием, то бишь луками, ко мне подошел Ветров. Он занимался приемкой рабов и распределением, кто с нами на Русь, а кого пинком под зад. Мы собирались оставить одну галеру рабам.

— Закончил?

— Да, — устало кивнул Глеб, устраиваясь рядом на парусиновом стульчике, их нам вынес вахтенный матрос.

Я уже перебрался к себе на ушкуй и спокойно наблюдал за неспешной работой команды и части воинов.

Раненых я осмотрел сразу после боя, часть, те что уже умерли, пошла на дно согласно обычаям, часть пополнила отсеки с ранеными.

— Я смотрю, много ты с ними провел времени. Запашок еще чувствуется. Ладно, сколько там?

— Пятьсот двадцать шесть человек.

— Теперь понятно, чем ты был занят шесть часов. Быстро справился.

— Егорка и тезка помогали, те, что из отделения лучников. А так бы до утра провозился, — вытирая лоб куском материи, признался полусотник.

— Сколько пришлых?

— Почти четыреста. Их уже оставляют на той галере, которую бросим. Наших сто восемьдесят семь, остальные в количестве сорока семи не русичи. Поляки там…

— Да я понял. Клич бросал? Кто к нам пойдет?

— Спрашивал. Сорок три согласились идти под твою руку, боярин. Практически все бывшие воины, остальные так… попутчики, как ты их назвал."

"— Ясно. Утром они примут присягу, с десяток, что получше, определи в наши старые отделения, как пополнение выбывшим.

Из остальных сформируй три отделения. Командиров я подберу.

— Хорошо. Докладывать по их воинским специальностям?

— Давай, — довольно кивнул я.

Мне нравилось, как мои подчиненные схватывают все на лету. Таких оборотов, как «воинские специальности», раньше они и не знали. А тут все увереннее и увереннее пользовались ими. Иногда не всегда правильно, но со временем, я думаю, все это выльется в нормальное подразделение.

Утро встретило нас на том же месте. Все три судна стояли борт о борт, мое судно, по правому борту одна галера, потом вторая.

Первую мы забираем, вторая как раз собиралась отчаливать. Мои воины до сих пор стояли на палубе первой галеры и внимательно наблюдали за освобожденными рабами, изредка сменяясь для отдыха. Кто их знает, этих рабов. Конечно, все четыре пушки направлены на них, и картечь наделает дел, но все равно их слишком много, хоть они и не вооружены. Уходило в основном отребье.