Дитя клевера

Сол дышал тяжело, бурно вздымая грудь, явно пытаясь успокоить себя и оставаться по мере сил вежливым с матерью.

– Кажется, я уже тебя предупреждала, что не потерплю никаких «нас» в том, что касается этой девчонки!

– Мама! Пожалуйста, не начинай все сначала! Просто скажи, что случилось с нашей кухаркой.

Вида отложила книгу в сторону. Сол мельком взглянул на обложку. Роман Харпер Ли «Убить пересмешника».

– По-моему, ты и сам все отлично понимаешь, ничуть не хуже меня! – небрежно бросила ему мать.

 – С каких это пор проблемы с кухаркой входят в сферу твоих интересов? Насколько я помню, раньше тебя мало занимали домашние дела. Ты – военный человек, Сол! И не забывай, ты – Арбутнот, и у тебя тоже есть целый ряд обязанностей… Наконец, есть долг перед семьей! В один прекрасный день ты возглавишь ту империю, весь тот бизнес, который построил для тебя отец. Слишком большая ответственность ляжет на твои плечи, мой мальчик, чтобы в придачу ко всему еще и интересоваться людьми, которые варят тебе на завтрак яйца всмятку. Предоставь эти заботы другим, например мне!"

"– Какие обязанности, мама? Постоянно путаться под ногами у отца? Всегда быть в шаговой доступности от него? Но у него ко мне нет никаких официальных поручений! Ничего такого! Мама! Если эту женщину выгнали с работы из-за Кловер, я сойду с ума!

– Так вот, значит, как своеобразно она на тебя влияет!

– Влияет? Да я люблю ее! Люблю, и все тут!

Вида осторожно тронула рукой свои волосы.

– Мне нужно выпить!

– Но ты же никогда не пила!

– Ты даешь мне веский повод начать это делать прямо сейчас!

Соломон безвольно рухнул на диван, опустив плечи. В глазах его плескалась усталость. Какое-то время мать и сын хранили молчание. Пластинка между тем доиграла до конца, и игла противно скрипнула, перескочив с канавки на ровную поверхность диска. Эти треск и шуршание, многократно усиленные граммофоном, были единственными звуками, нарушавшими зловещую тишину, повисшую в комнате.

Но оба, и мать, и сын, были только рады затянувшейся паузе. Нужно же хоть немного остудить себя, привести в норму дыхание и упорядочить собственные мысли.

– Я люблю тебя, Соломон! Ты ведь знаешь это, правда?

Сол молча кивнул, уставившись глазами в ковер. Да, он отлично знает, как его любит мать.