Дитя клевера

Они согласны усыновить малыша.

Дот слегка откашлялась и сделала глубокий вдох.

– Я уже успела дать имя своему сынишке. А что касается его возможного усыновления другими людьми, то боюсь, что у меня несколько иные планы. Они изменились. Я не отдам своего ребенка в чужие руки. Пожалуйста, поблагодарите эту чету за их благородное намерение, но мальчик остается со своей мамой.

Некоторое время сестра Кайна машинально играла со своими очками, потом облизала тонкие губы и еще немного помолчала, прежде чем начать говорить.

– Что случилось, Дот? Изменились обстоятельства? Или что? Разве ты в состоянии воспитывать ребенка одна?

– Все просто! Если честно, то я никогда не хотела отказываться от своего малыша. Никогда! И все время надеялась, что сумею найти какой-то выход из сложившейся ситуации. И такой выход нашелся! – Дот улыбнулась почти озорной улыбкой: как-никак, а ей все же удалось обвести вокруг пальца эту ужасную систему.

Несколько секунд сестра Кайна хранила молчание, потом негромко хмыкнула, издала короткий смешок и наконец расхохоталась во весь голос. Она смеялась так заливисто, так весело, что называется, от души, смеялась и все никак не могла остановиться, пока не закашлялась.

"– Ох, ты, боже мой! Дай мне силы! Это и есть твой «выход»? Билет за десять фунтов до Австралии?

Дот почувствовала, как к щекам прилила краска, в животе неприятно заурчало. Нет, совсем не таким псевдокомичным представляла она себе разговор с сестрой Кайной.

– Да! Мы едем в Австралию! – повторила она уже без прежнего вызова в голосе и опустила голову так низко, что подбородок почти уперся в грудь.

– Простите, мисс Симпсон, но вынуждена вас огорчить. А заодно и напомнить, что вы повели себя не вполне порядочно! Вначале вы добровольно подписываете бумаги, и не просто бумаги, а юридические документы, согласно которым вверяете будущее своего ребенка и дальнейшие заботы о нем церкви. Это во-первых.