Дитя другого мира.

Как бы я хотел быть сейчас на его месте, прижимать её к своей груди, обнимать, чувствовать, что она рядом.

Думая о девушке, не мог отделаться от тревожного чувства. Что-то не давало мне покоя.

— Ты чувствуешь то же что и я? Что-то не так! — посмотрел я на настороженного зверя, который повернул в мою сторону морду, и кивнул.

Некоторое время ничего не происходило, и мы настороженно всматривались в темноту. Зверь определил направление опасности, так как видел больше меня в темноте. Он стоял, и настороженно, вглядывался в темноту с левой стороны от нас.

— Что происходит? — шепотом произнесла девушка."

"— Дикие ищут себе закуску. Сиди тихо! — так же шепотом ответил ей.

Затрещали ветки… Приближались шуршащие звуки.

Они напали резко. Я мигом призвал клинки, и первым же ударом снёс две змеиных головы. Они всё нападали, и я вспарывал их, не теряя драгоценного времени, ибо их яд опасен. Где-то в стороне, смело бросался на противников хранитель. Он рвал их в клочья, разрывая до самого мяса, зубами и когтями.

Обернувшись, заметил, как девушка воткнула горящую палку прямо в пасть змея. «Смелая!» — подумал я, и еле успел обернуться, чтоб снова окропить клинок кровью.

В эту ночь их было много… Они не давали передохнуть! Всё изрядно устали, но также не сдавались, стоя практически спина к спине. Прекратилось всё резко. Тишина оглушила меня.

— Все целы? — обернулся я.

Она посмотрела на зверя, кивнула, и подняла глаза на меня.

— Вроде всё нормально, ранений нет, — и рухнула на траву, залитую кровью.

Мы с хранителем бросились к ней. Он зарычал на меня, и оскалил длинные, покрытые кровью клыки.

— Не рычи! Я ей ничего не сделаю! Нужно осмотреть, нет ли ранений! Ты можешь это сделать? — зло уставился я на него.

Посмотрев на меня, и видно обдумав мои слова, он спрятал клыки, и немного отступил, давая мне свободу действий. И я сразу же, не теряя времени начал осматривать её. Ноги целы, выше она была в красном плотном, похоже, кожаном изделии, всё цело. «Я что-то пропустил… — ещё раз осмотрел, и на кисти руки увидел царапину.

 — Нет…» — впился губами в рану, высасывая и сразу же сплёвывая яд. Порылся в своём пространственном кармане, и на своё счастье нашел мазь, выводящую почти все яды. Нанёс её на рану, и достав из кармана чистую рубаху, порвал её на ленты, чтоб обмотать запястье девушки.

Взяв малышку на руки, понёс к воде. Она такая хрупкая, лёгкая как пушинка. Зашёл в воду, и призвав стихию, очистил нас от крови и грязи.