Дитя другого мира.

 — Вика, родная, милая… Ну что ты со мной делаешь? Я же, итак, страдаю… От того, что не могу вспомнить ту ночь, от того, что должен смириться с другими… От того, что неимоверно хочу тебя. Понимаешь, я не помню… Ты моя жена, Вика… А ещё он!

— Димочка, миленький, прости меня. Но это всё не зависит от меня лично. Я не знаю, почему вот так случается. — Я гладила его по спине и волосам, хотелось успокоить мужа. Он прав… Всё это тяжело для них всех. Я-то одна, меня не разделить на кусочки. Но и меня можно было бы понять… Я же не специально ищу все эти приключения на свою пятую точку.

В дверь постучали, и вошедший слуга пригласил нас к завтраку.

21.

Аратарион

Когда увидел рыжеволосую девушку, стоящую посреди тронной залы, я чуть с ума не сошел от счастья.

«Лазария!» — билось в голове. Вернулась эта бесподобная женщина, к которой я испытывал какую-то привязанность. Нет, не любовь, а именно привязанность. Она одна из тех, кто любит жизнь здесь, на земле, а не в городе богов. Ей всегда хотелось жить среди народа, который любил её, даже не подозревая, что богиня мира ходит среди них.

Подскочив с места, я быстро направился к ней, но с каждым шагом замедлялся, замечая некоторые отличия. «Это не она… Девушка была очень похожей, но я начал понимать, что разница всё же есть. Дочь… Она дочь нашей богини. Не знающая ничего о своей матери».

Посмотрел на мужчину, стоявшего рядом с ней, и задумался: черты его лица напоминали убитого когда-то давно мага, который был моим другом, несмотря на то, что он был лишь человеком.

Маркус чуть жизнь свою не отдал, защищая меня на войне, поэтому я был в нём уверен, как ни в ком другом. Вдруг это его сын передо мной. Как его звали? Демир? Кажется так. Много лет прошло, да и мальчишке было всего несколько лет отроду. Его мать умерла при родах, и Маркус воспитывал его один, пока Лазария не появилась в его жизни… Хотя… Возможно, я просто ошибаюсь.

«Странная компания у этой девушки… Зачем тут оборотень? Да ещё и во второй ипостаси… — снова осмотрев их со своими мыслями, вышел прочь.

 — Вот это поворот судьбы. Дочь Лазарии вернулась в родной мир, а мать её умерла. Как-то не укладывалось в голове то, что богиня могла умереть. Было неимоверно жаль… Но девчонка… Она чем-то зацепила меня. Интересная!»

Бродя по саду, я осматривал растения, и думал… Думал обо всём… Провёл рукой по зелёному кустарнику, делясь с ним энергией жизни, от чего бутоны на нём раскрылись, являя миру прекрасные розовые цветы. Сорвав один, представил Викторию.