Нелюбимая

Если Ася не отвечала на этот вопрос – значит, что-то не так. А если вот так бодро отзывалась на шутку, это говорило о ее хорошем настроении. Вообще очень странно, что мы с ней сдружились. Асе двадцать один, а мне двадцать восемь. Семь лет разницы, но их как будто не существует, моя подруга не по годам мудра. А еще чертовски расчетлива и довольно жестока с мужчинами. Но ей все прощают за ее нереальные выпады в сторону эго каждого из самцов, которых она обрабатывает. Ася умеет дать мужчине возможность почувствовать себя таковым, и они плывут, растекаясь лужицами у ее ног.

– Прилетаю завтра.

– И нам надо сразу встретиться на самый вкусный кофе! – визжит она. – С конь-я-ком! Нашла себе кого-то на острове? Заменила мудака на приятные ощущения?

– Нашла, – со вздохом отвечаю я. Слишком шумным вздохом.

– Та-а-ак… – от моей подруги ничего не укрыть, она слишком внимательна к деталям. – И кто это вскружил тебе голову? Испанец? Турок? Итальянец? Эти говнюки умеют расположить к себе наивных девушек. Но ты не ведись, это все показное.

– Русский, – отвечаю я.

– О, даже так? И как зовут?

– Рома.

– Господи, ты произнесла его имя таким голосом, что я чуть не кончила. Запала?

– Запала, – выдохнула я.

Действительно запала. Так сильно, что теперь не знаю, как буду прощаться с ним.

ГЛАВА 12

Мы проходим через раздвижные двери здания аэропорта, держась за руки. Тамила особенно молчалива сегодня. Только смотрит и периодически улыбается, а взгляд такой, что мне хочется взвыть. Мы тащим за собой свои чемоданы, шорох колес которых растворяется в шумной суете аэропорта.

Я смотрю на людей, которые со счастливыми лицами идут на выход из зоны прилета, и мне хочется продлить свой отпуск. Примерно на… всю оставшуюся жизнь. Остаться здесь с Тами и верить в то, что таким же счастливым и беззаботным я могу быть всегда. Но мне, как и ей, нужно возвращаться. Снова надевать теплую одежду, ездить на работу, ждать Новый год, покупать подарки, встречаться с друзьями и выть о несбывшемся. Да, именно выть. Потому что именно это хочется делать в эту конкретную минуту.

Мы пьем кофе, ждем регистрации на рейс, болтаем ни о чем, но каждый из нас, как мне кажется, избегает самого главного разговора. Наконец Тами проходит регистрацию и спешит к зоне отлета. Мы останавливаемся неподалеку от контрольного пункта, и Тами поворачивается ко мне."

"– Спасибо, Ром. – Она начинает улыбаться. – Вот видишь? На «Ром» ты не злишься, только на «Ромчик». У тебя, похоже, просто очень ранимое эго.