Дитя дьявола

Я приобрел шесть дюжин бутылок превосходного бургундского и около трех дюжин такого нежного портвейна, какого отродясь не пробовал. Все это осталось в Дижоне. Я купил эти сокровища у хозяина той гостиницы, где мы остановились, и самое неприятное, что я не могу за них расплатиться.

— Монсеньор, мне так надоело это вино! — возмутилась Леони. — Не покупайте его! Я не собираюсь возвращаться в Англию в компании пыльных бутылей.

— Руперт, не мог бы ты отпустить мою пуговицу? — смиренно попросил его милость. — Раз уж ты закупил партию портвейна, то вино, несомненно, следует отправить водным путем.

— Захватил ли я бутылку? Господи, да я целых шесть захватил! — торжествующе вскричал сэр Руперт. — И мы незамедлительно откупорим одну из них. И если ты не подтвердишь мою правоту… ну, тогда, Джастин, ты очень сильно изменился, и больше здесь не о чем говорить!

Леони с негодованием воскликнула:

— Руперт, меня мало интересуют твои бутылочные страсти, но я хочу представить тебе мисс Чаллонер, которая вскоре выйдет замуж за Доминика.

Его светлость ошеломленно оглянулся.

— Так она здесь? — Наконец он заметил Мери. — Так значит, вы та самая девушка, с которой удрал мой несносный племянник! Надеюсь, вам с ним будет весело, моя милая. В хорошенькую же гонку вы нас втянули. Прошу прощения, но я должен вас на минутку покинуть. Мне надо решить один неотложный вопрос. Теперь, Эйвон, я к твоим услугам.

Леони сердито крикнула ему вслед:

— Руперт, Руперт! А где Джулиана и месье Комин?

Уже в дверях Руперт оглянулся:

— Они скоро прибудут.

С этими словами его светлость удалился, а Леони повернулась к мисс Чаллонер, безнадежно махнув рукой.

— Милая моя, он сумасшедший. Вы, наверное, обиделись, но уверяю, Руперт не так уж плох.

— Я ничуть не обиделась, сударыня, — весело возразила мисс Чаллонер. — Напротив, это очень смешно.

Леони рассмеялась.

— Ну конечно, я совершенно уверена, petite[90]. — Она села в кресло у камина и протянула руку. — Подойдите сюда, ma chère, вы сейчас мне все расскажете самым подробным образом и… мы ведь не плачем, нет?

Мисс Чаллонер улыбнулась.

— Нет, сударыня, определенно не плачем, — ответила она слегка дрогнувшим голосом.