Дитя дьявола

Его светлость решительно выдвинулся на середину комнаты, но, прежде чем он открыл рот, мисс Чаллонер быстро проговорила:

— Вы очень любезны, сэр, но я собиралась подняться в свою комнату. Позвольте пожелать вам спокойной ночи… и удачи.

Мистер Комин еще раз поклонился мисс Чаллонер, удостоил его светлость легким наклоном головы и вышел.

Маркиз проводил его хмурым взглядом и повернулся к мисс Чаллонер.

— Итак, вы уже успели сблизиться с мистером Комином?

— Нет, — возразила Мери. — Это не слишком удачное определение.

Видал шагнул к ней и крепко схватил за плечи.

— Если вы не хотите увидеть дырку в этом до отвращения любезном господине, советую держаться от него подальше. Вы поняли, моя девочка?

— Превосходно, — обронила мисс Чаллонер. — Позвольте лишь заметить, милорд, что я нахожу ваше поведение нелепым. Столь беспричинный гнев может быть вызван только ревностью, а там, где нет любви, нет места и ревности.

Маркиз отпустил ее.

— Я знаю, как защитить то, что принадлежит мне.

— Но я не принадлежу вам, сударь.

— Скоро будете принадлежать. Сядьте. Почему вы не на балу?

— У меня нет желания веселиться, сударь. Могу теперь я поинтересоваться, почему вы здесь, а не на балу?

— Не обнаружив вас там, я приехал сюда.

— Я польщена до глубины души, — съехидничала мисс Чаллонер.

Его светлость рассмеялся.

— Милая моя, я и вправду приехал только поэтому, уверяю вас. Что этот господин делал с вашими руками?

— Он пытался меня успокоить, — ответила мисс Чаллонер несчастным голосом.

Видал протянул руки.

— Может быть, я тоже преуспею в этом искусстве?

Мисс Чаллонер покачала головой, с удивлением ощутив, что у нее перехватило дыхание.

— Очень хорошо, сударыня, итак, вы предпочитаете принимать знаки внимания от Фредерика Комина! — свирепо сказал маркиз. — Окажите мне милость и выслушайте, что я вам открою. Я выяснил от одного человека из свиты посла, что недавно через Париж проезжал священник, сопровождающий некоего благородного отпрыска. Они направляются в Италию, делая короткие переезды, и в настоящее время должны были достигнуть Дижона, где, по-видимому, задержатся на две недели.

— Я уже не раз говорила вам, милорд.

Он нетерпеливо дернул головой.

— Смиритесь, сударыня. Я понимаю, что вы не любите меня. И готов признать, что у вас на это есть причины.