Диктатор (СИ)

— А теперь возьми его в ротик. — Он проводит рукой по своему каменному члену и выжидающе смотрит на меня.

— Нас могут увидеть. — Я взволнованно смотрю по сторонам, но на паркинге ни души.

— Не увидят, не бойся, — шепчет он, притягивая меня к себе. И я сдаюсь. Наклоняюсь к его паху и обхватываю губами головку члена. Облизываю ее, ласкаю языком и, когда из горла мужчины вырывается первый стон, забываю обо всем на свете. Я то ускоряюсь, то замедляюсь, мучаю его и помогаю себе пальчиками. Вспоминаю, как делала это в прошлые разы, и возбуждаюсь от происходящего.

Он невероятно горячий, большой и твердый. А еще мой. Целиком и полностью. И я хочу, чтобы так было всегда. Не желаю, чтобы эта сказка закончилась. Хочу быть для него особенной. И единственной. В голову так некстати лезут дурные мысли, и отогнать их невозможно."

"— Не останавливайся, — хрипит Исаев, зарываясь пальцами в моих волосах и проталкиваясь в мой рот членом всё глубже и глубже. Где-то рядом слышится скрип колёс и гул мотора. Кажется, мимо нас проехала машина, но мне уже наплевать.

Я чувствую себя чертовски плохой девочкой. Той, которая связалась со взрослым мужчиной, сбежала с занятий, а теперь делает минет прямо на подземной парковке. Пусть и в салоне дорогого авто. Я никогда такой не была, но мне это нравится. С Олегом нравится.

Я понимаю, что он на грани, хватка на моих волосах становится сильнее, он напрягается всем телом, и я чувствую, как рот наполняется чем-то солоноватым.

— Как же с тобой охренительно хорошо, — тихо произносит он, и я отстраняюсь, все еще никак не отойдя от происходящего.

Олег отвозит меня домой. Заносит покупки в квартиру, быстро целует в губы и сбегает. В квартире сразу же становится холодно и одиноко. Я раскладываю в шкаф новую одежду, примеряю платья, долго верчусь перед зеркалом, а потом рассматриваю фотографии мужчины, которые тайком сделала на телефон сегодня.

Я жду Олега вечером.

«Занят. Если что-то срочное, набери моего секретаря», — так холодно и официально, что мне становится обидно. Всю ночь я реву в подушку, а утром плетусь в университет.