Газлайтер. Том 13

— Темные боги! Если этот кошмар может закончиться, я готова на многое. Я даже лягу под этого менталиста, сделаю всё, что он захочет, только пусть уничтожит Ратвера!

Главное, чтобы на балу у неё была возможность переговорить с менталистом. И тогда Элизсра рискнет на заговор против Ратвера. В её голове уже вырисовывается план, хотя он опасен и требует невероятной смелости. Она знает, что шанс может быть только один, и она не может его упустить.

* * *"

"Я сразу был против этой затеи, но Великогорыч уперся как баран. В честь победы положен пир и всё тут, мол, традиция такая, а против традиции даже конунг не попрет.

Пришлось снова напялить на себя рогатую корону и усесться во главе стола. Но вообще я всё внимание уделил наполнению желудка, поэтому пропускал тосты мимо ушей. Спасенного паренька, кстати, тоже усадили за стол, и вот он уминает пироги за обе щеки. А ещё Светка перебрала лишнего эля и вдруг уселась мне на колени.

— Ну, куда ты лезешь? — вздыхаю.

— Насте можно, а законной жене нет? — сразу кроет она аргументами, да еще руками мою шею намертво обвивает Типа живой не дастся, не прогоните.

Ленка тихонько улыбается. Булграмм смотрит на нас довольно и как-то хитро, а потом подзывает летописца и велит ему что-то записать. Похоже, скоро в Тавиринии появится новая традиция — пьяная деваха, во время пира сидящая на коленях у конунга. Вот это я прогрессор так прогрессор, вашу ж мать.

— Слушай, Великогорыч, — вспоминаю я. — А Зубастика-то тоже покормите. Он летал и много калорий потратил.

— Слово «калории» мне не ведомо, но твоя воля уже исполнена, конунг, — кивает тавр.

— Твоего летающего зверя задобрили отборным овечьим мясом. Спит он довольный под бочком у своей огромной самки. Её, кстати, тоже покормили.

Ну да, Мушку лучше не заставлять голодать. Иначе от какого-нибудь незадачливого тавра останутся лишь рожки да ножки.

Открываются двери, и мимо стражи в зал заходят Настя с Гересой. Когда оборотница садится и берется за бокал, в свете магических фонарей очень удачно вспыхивает кольцо на её безымянном пальце.

Я приподнимаю бровь. Тут же Великогорыч это подмечает, и, уже зная, что у нас, у русских, значит обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки, начинает реветь:

— За новую невесту конунга!

— УРА! — тут же заревели другие тавры за столом.

Эм, что⁈ Невеста⁈

Ленка и Светка удивленно переглядываются, а румяная до цвета томата Настя сначала опускает взгляд, но, немного помявшись, тут же гордо вскидывает подбородок и расправляет плечи.