Дикарь

Арни вполне обосновано считал, что он, его тетушки и СБ спасают меня, точнее мою жизнь и свободу, а я столь же обосновано считал, что меня пытаются превратить в раба, в этакую курочку, несущую золотые яйца по первому требованию. И тут совсем неважно, что на моей шее не будет рабского ошейника, что к моим услугам будут почти все ресурсы Империи, а любые мои требования, или даже просто пожелания, станут исполняться практически мгновенно, неважно, что мой банковский счет будет расти словно на дрожжах, от этого рабство не перестанет им быть.

Конечно, мое возвращение в Империю было одной огромной ошибкой. Я знаю это сейчас точно так же, как знал и тогда, когда принимал решение, но по-другому я поступить просто не мог. Нет, мог, конечно, но я бы себе этого никогда не простил, ведь недаром говорят, что нет мук сильнее и страшнее, чем муки совести. У тех, у кого она конечно же есть, я надеюсь, что у меня она имеется.

А через пару дней на мой корабль началось самое настоящее паломничество.

И что интересно, никого не интересовало мое мнение, ведь все эти разумные, что стремились попасть ко мне на корабль, летели не ко мне, а к Арни. Бывший техник развернулся не на шутку. Правда он почему-то позабыл, что на корабле у него только гостевой допуск, хотя и несколько расширенный. Как говорится, смотреть и трогать можно, а вот более того ни-ни. Напомнил ему об этом ИскИн, отвечающий за внутреннюю безопасность, когда он в компании с парочкой каких-то инженеров попытался демонтировать один из реакторов. В результате на три дня мой приятель вместе со своими подельниками попали в медкапсулы, а я на какое-то время смог вздохнуть более-менее свободно. Нет, толпа желающих ознакомиться с оборудованием моего крейсера не убавилась, некоторые даже разжились грозными, в их понимании, документами от Имперской СБ и буквально требовали предоставить им доступ, причем полный, на мой корабль. Но такие умники были посланы по пешему эротическому маршруту, а их коллеги, уже присутствующие на борту, под стволами боевых дроидов были препровождены на полетную палубу, а оттуда отправлены на станцию. Хватит, достали своими хотелками и непомерными амбициями."

"Воспользовавшись некоторым затишьем, возникшим около моего крейсера, на связь вышли и аграфы. Если честно, то мне даже разговаривать не хотелось с этими снобами. Но, как ни странно, наш диалог прошел в очень спокойных тонах.