Дьявольский коктейль

Золотоносные слои в Ранде залегают на меньшей глубине, и разрабатывать их начали раньше.

Навстречу нам несли вольфрамовые буры. Другие шахтеры шли в ту же сторону, что и мы.

- Мы готовимся к взрыву, - пояснил Йетс, не дожидаясь вопроса. - Бурение уже закончено, теперь взрывники закладывают заряды.

- Значит, у нас мало времени, - сказал я.

- Видимо, да.

- Я хотел бы посмотреть, как выбирают жилу.

- Тогда нам надо пройти чуть подальше. Я покажу вам ближнюю часть выработки. Дальше все то же самое.

Мы подошли к отверстию в стене, которое было больше остальных, диаметром футов в пять, но шагнуть в него просто так было нельзя, потому что сразу за ним пол резко поднимался вверх.

- Берегите голову, - сказал Йетс. - Потолок очень низкий.

- Ладно, - ответил я.

Он жестом показал, чтобы я лез первым. Что я и сделал. Забой был всего фута три в высоту, но уходил во все стороны так далеко, что конца ему видно не было. Видимо, из этого куска сандвича большую часть ветчины уже выковыряли.

Теперь вместо ровного каменного пола была россыпь острых каменных осколков, которые скатывались вниз, когда я полз по ним.

Я пробрался немного вперед и остановился, поджидая Йетса. Он полз следом за мной, глядя направо. Там, ниже по склону, вдоль тридцатифутового изгиба дальней стены работали несколько шахтеров.

- Проверяют заряды, - пояснил Йетс. - Скоро все начнут уходить.

- Вот эти осколки, на которых мы стоим, это и есть руда? - спросил я.

- Да нет, не совсем. Это просто камень. Жила обычно проходит посреди выемочной камеры.

- А что такое выемочная камера?"

"- А вот это самое место, где мы находимся. Где руду добывают. Традиционно его называют забой.

- Ну хорошо, а вот там, внизу, где еще не взрывали, - как вы узнаете, где проходит жила?

На мой взгляд, это был один сплошной камень. Темно-серый неровный потолок, переходящий в такие же темно-серые неровные стенки, сливающиеся с темно-серым полом, заваленным щебнем.

- Я сейчас принесу вам кусочек, - услужливо сказал Йетс и пополз туда, где трудились его коллеги.

В забое едва можно было сесть. В принципе, можно было встать на четвереньки, если опустить голову. Я оперся на локоть и смотрел, как Йетс одолжил маленькую кирку и отколол от дальней стены кусочек камня.

Он приполз обратно.

- Вот. Это кусок жилы.

Мы осветили его лучами наших лампочек. Серый плоский камешек длиной дюйма в два, с острыми краями. На поверхности виднелись более темные, чуть блестящие пятнышки и полоски.

- Что это за пятнышки? - спросил я.