Девушка из прошлого

Кайла провела мать Дэвида вверх по лестнице на заднюю веранду. Дом был в прекрасном состоянии, ухоженный и уютный.

Кайла надеялась, что ее собственное жилище однажды будет таким же красивым. Теперь она задавалась вопросом, сколько времени или персонала потребуется, чтобы довести дом до совершенства. Удастся ли ей это сделать после того, как она начнет заниматься бизнесом? Она старалась не унывать.

Кайла легонько постучала в дверь. Когда никто не ответил, она постучала громче. Как только она собралась крикнуть, то услышала в доме топот по лестнице.

"Дверь распахнулась. На пороге появился Дэвид Блейз, полусонный и полуголый, не подозревающий, до чего он сексуален и великолепен.

Глава 7

Темно-шоколадные волосы Дэвида были взъерошены после сна. Он немного удивленно рассматривал двух женщин в ночных рубашках, стоявших перед ним.

Кайла отвела взгляд. На Дэвиде были только голубые клетчатые пижамные штаны, сидевшие очень низко на бедрах. Он обладал великолепным телом. Фигура Дэвида стала мощнее и мускулистее за прошедшие годы.

Наконец Дэвид полностью проснулся, и его взгляд стал крайне удивленным. До Кайлы дошло, что, хотя ее ночная рубашка идеально подходит для жарких летних ночей, для подобного рода визитов она слишком прозрачная. Ей вдруг стало холодно.

Дэвид неохотно отвел от нее взгляд. У основания шеи Кайлы пульсировала жилка.

– Мама? – мягко произнес он, открывая дверь шире. – Проходи в дом.

Мать посмотрела на него испытующе, а затем выражение ее лица ожесточилось.

– Я не знаю, кто вы, – отрезала она, – но не думайте, будто я не знаю, что пропал мой кошелек.

– Мы найдем твой кошелек, – спокойно и размеренно ответил Дэвид.

Кайла увидела огромную боль в его потемневших глазах, когда мать подошла к нему.

– И розы нужно подрезать, – продолжала миссис Блейз.

Он вздрогнул, и в этот момент появилась женщина в белой униформе.

– Мистер Блейз, извините, я…

Он взглядом приказал ей замолчать:

– Похоже, она оцарапала руки. Обработайте раны.

– Да, сэр.

Кайла была немного шокирована, услышав приказной тон Дэвида. Это был уже не тот мальчик, который гонял на велосипеде, разыгрывал учителей и сидел с ней у костра, слизывая зефир с пальцев.

За его матерью и сиделкой закрылась дверь, и Дэвид вышел на крыльцо. Его лицо было мрачным.