Девушка на выданье

 — Не будь таким идиотом!

Но было слишком поздно. Чарльз уже открыл трутницу и, потерев кремнем, зажег одну из хлопковых ленточек внутри ее. Злорадно захохотав, он бросил пылающую тряпку на посыпанную порохом мебель.

Взрыв от оглушительной детонации, последовавший после его действий, отбросил Ричарда на другой конец зала. Он ударился головой о твердую ножку якобинского стула, которым несколько минут назад пытался отвлечь своего кузена, и сразу же потерял сознание.

Громоподобный взрыв сотряс весь дом, разбудив спящих рабочих.

Зрелище, представшее их глазам, хотя и было шокирующим, однако не представляло собой полного разрушения, на которое рассчитывал Стэндиш. Некоторые из предметов мебели действительно загорелись, но огня от них было немного. Несколько сорванных оконных рам и пострадавшая нижняя лестница — вот, собственно, и весь урон от произошедшего взрыва.

Пытаясь пробиться вперед через клубы черного дыма, Хелена почувствовала, как кто-то тянет ее прочь. Это Рубен, обнаружив среди тлевших обломков у основания лестницы изуродованные останки кузена графа, решил, что его хозяйке не следует смотреть на это.

Однако, уводя ее от ужасной сцены, он не мог помешать ей увидеть все еще неподвижное тело Ричарда, распростертое на плитках пола.

— О нет! Не сейчас! — рыдала она, осторожно кладя окровавленную голову себе на колени и откидывая залитые кровью волосы с его лба. Дрожащими пальцами она осторожно дотронулась до раны. — Пожалуйста, Господи! Не дай мне потерять его сейчас, когда мы только что поняли, как любим друг друга!

Когда ее слезы упали на его щеки, веки Ричарда дрогнули, и он с трудом заставил себя открыть глаза, но, когда они постепенно сфокусировались на лице рыдающей жены, они расширились, и он выдохнул:

— Мой ангел! Ты вернулся ко мне!

При этих словах щеки Хелены зарделись.