Девушка для дракона

Результат временного оживления Элен Карти его, бесспорно, интересовал, но вот ожидание этого самого результата начинало понемногу утомлять. Тем более что с каждой минутой надежда на успех таяла, как кусок сахара в чашке чая. Еще каких-нибудь минут двадцать-тридцать, и вся эта возня вокруг покойницы потеряет смысл. Ведь, как сказала Юми-эль, душу вернуть в мертвое тело можно лишь в том случае, если с момента смерти прошло не более полутора часов. Поэтому хозяева и не утруждали себя гостеприимством, у них были дела поважнее.

– …и мама превратила вредную тетю Лилю в розовый куст! – заговорщическим шепотом сообщила Рита. Таким тоном дети страшные истории друг другу рассказывают, но обычно про злодеев, маньяков и злых колдунов, а не про собственных родителей. – И дядю Коула, и еще многих, – продолжала говорить девочка. – Но они не обиделись, так как мертвые не обижаются.

– Мертвые? – уточнил Кимир.

– Угу, – кивнула малышка.

– Так, а кто у нас мама? – уточнил дракон, окинув скептическим взглядом дедушку.

– Некрофея. – В полумраке помещения глаза Риты светились серебристым светом, что свидетельствовало о ее благородном происхождении.

Пока Кимир пытался вообразить дочь Дина по описаниям маленькой собеседницы, Рита успела до середины распустить его косу и накрутить черные пряди на изящные пальчики. Полюбовавшись на дело рук своих, девочка задрала голову и очень серьезно начала:

– Дядя Ким…

– Что, солнышко? – охотно поддержал ее дракон.

– Дядя Ким, – повторила она, – вы женаты?

– Нет, а что? – с некоторой опаской ответил ящер, заподозрив, что маленькая сводница решила сосватать ему свою маму – некрофею, на которую кусты из мертвечины не обижаются. Вдруг она вдова, или в разводе, или…

– Ага! – радостно воскликнула Рита, но тут же смущенно потупилась и принялась ковырять пальчиком рубашку на груди мужчины.

– Что «ага»? – решил прояснить ситуацию дракон.