Девочка-Табу

Смотрит на Валиева с яростью.

— Полегче, — Руслана нисколько не смущает напор лучшего друга. — Не ожидал тебя увидеть. Хорошо, что объявился.

Так он не знал? Меня это очень сильно успокаивает. Валиев понятия не имеет, что сделал со мной Таир, но все равно, чувствую облегчение, потому что в любом случае, такая встреча на «вечеринки» с его стороны была бы жуткой подставой. Я бы не простила.

— Серьезно, ты еще смеешь говорить такое? Отойди от нее.

— Давай ты обойдешься без приказов, — не сдает позиций Руслан.

— Я не хочу!

Не просто подаю голос, а выкрикиваю изо всех сил.

— Ну вот, теперь все ясно. У нас с тобой накопилось много нерешенных вопросов, Таир. Можем начать прямо с завтрашнего дня. Сегодня вроде как развлечься приехали.

Раздается скрипучий смех. Старик Саид выглядит чертовски довольным. Все взгляды поворачиваются к нему.

— Отлично, значит выяснили вопрос. Таир, ты обратился ко мне с просьбой. Хотел увидеть сестру.

Таир смотрит на меня таким взглядом, словно клеймо выжигает.

— Мира, одумайся. У тебя нет никого роднее меня.

Как ледяной водой ошпаривает от его слов. Дрожь отвращения прокатывается по телу.

— Разговор окончен, Саид? — тон Валиева скучающий. Его как будто ни капли не волнует бешенство друга.

— Да. Развлекайтесь. Чувствуйте себя как дома. Скоро будет неплохое шоу, — посмеиваясь говорит старик. — Хотя клянусь Аллахом, самое лучшее было только что.

Крепко вцепившись в руку Руслана, на ватных ногах прохожу мимо своего врага. Последние силы уходят на то, чтобы прямо держать спину, не показывать своего страха и отвращения.

Мы возвращаемся в большой зал, где гости вовсю развлекаются. Кто-то дегустирует изящные сэндвичи и прочие деликатесы у высоких белых столов.

— Голодная? — спрашивает Руслан.

— Издеваешься? Мне сейчас и вода в горло не полезет.

— Что у тебя с Таиром?"

"— Не твое дело.

— Уверена? Как раз мое, — мрачнеет. — Какого хрена я оказался между вами. Мне не интересно работать буфером на семейных разборках.

— Ты знал, что он будет здесь?

Отрицательно мотает головой.

— Мы можем уйти? — спрашиваю умоляюще.