Девочка сталкера. Часть 2

Несколько жизней против одной ведь не самый худший обмен, верно? В тебе же заложена помощь другим, ведь так? А значит, ты выполнишь свое истинное предназначение и…

— Хватит болтать, Лейла, — перебивает ее Дина и голос той звучит решительно. — Пора действовать, время уже на исходе.

Не выживу.

Значит, Сафрон был прав. Сафрон, мой дед. Именно он все это время был на моей стороне, а вовсе не Демид.

Я поверила не тому.

Я хочу двинуться с места, но не могу.

Не могу ничего сделать и только продолжаю, как в замедленной съемке наблюдать за сменой декораций вокруг себя.

Это Демид.

Это он перемещает всех нас.

И он… он знал, что так будет. Он не возражал ей. Он сказал, что ждал их завтра.

Тогда зачем все эти его разговор про подарки?

Если он знал, что ритуал меня убьет…

А между тем до моих ушей начинают долетать те самые непонятные, но уже знакомые мне, напевы на неизвестном мне языке. Такими Кристиан пользовался, когда открывал замок в квартире Демида.

Пронизывают его.

И хоть я по-прежнему не могу пошевелить даже пальцем, что-то теплое начинает струиться по венам. Коже лица, шеи, рук становится жарко, словно я подставила их под палящие лучи солнца.

Это и страшно, и завораживающе одновременно.

Жар становится нестерпимым, но гораздо сильнее меня жжет изнутри.

Жар непонимания, обиды на Демида.

Я все не могу понять, как же так?

Демид… он… он знал, что так будет.

Он обещал мне, что со мной все будет хорошо, если доверюсь ему. А вместо этого…

На глаза наворачиваются слезы, только плакать уже поздно.

Поздно, Ульяна, все поздно.

Ты доверилась не тому и теперь тебе придется пожинать плоды этой своей наивной доверчивости.

Глава 20

Из-за резких перепадов давления глаза нещадно болят, и я вынуждена их закрыть. И почти сразу же в ноздри ударяет запах гари.

Я открываю глаза и силюсь посмотреть по сторонам.

Мы в какой-то деревне и создается ощущение, что она очень древняя. Здесь нет машин или какой-то другой техники. И это даже не деревня, скорее то, что от нее осталось.

Вокруг нас наполовину выгоревшие дома, но пожар еще не прекратился. Кругом дым, огонь, ругань и крики, доносящиеся словно сквозь пелену.

Мои ноги не чувствуют под собой земли. Я, как и остальные, словно парю в воздухе, подвешенная в пространстве неизвестными мне силами.

Остальные вокруг меня.