Девочка. Книга третья

Я посмотрела на поблескивающую подвеску, провела по ней пальцами и улыбнулась — она и правда идеально подходила к моей заколке, подаренной миссис Хоуп, и не успела я подумать, что нужно на выходных встретиться с Эльзой, как она сама и позвонила

— Поздравляю тебя, моя хорошая, с днем рождения. Одна великая женщина сказала: ""Мы можем избавиться от болезни с помощью лекарств, но единственное лекарство от одиночества, отчаяния и безнадежности — это любовь. В мире много людей, которые умирают от голода, но еще больше тех, кто умирает от того, что им не хватает любви""*.

Я хочу пожелать тебе, моя хорошая, неиссякаемой Любви в твоем сердце. Пусть она ярким лучом освещает твою жизнь и все вокруг тебя, пусть она согревает и спасает тех, кому ты её даришь.

— Спасибо большое, — растрогалась я до слез.

Мы попрощались с Эльзой, договорившись встретиться на днях, но мой сотовый сегодня не хотел стихать. На экране высветилось имя моей начальницы, и я вздохнула.

Кэтрин. Вот уже два месяца, начиная с мая, она находилась в Италии, с заездом на венецианскую биеннале, и ее отсутствие, откровенно говоря, очень облегчило мне жизнь.

Вместо нее Гарри поставил временного арт-директора — друга своего отца, пожилого мистера Ковальски, но он, скорее, выполнял номинальную функцию И.О. - присматривать за галереей.

Нет, я совсем не жаловалась — Кэтрин, как я всегда и говорила, была талантливым и справедливым руководителем, она научила меня очень многому, она щедро делилась со мной знаниями и опытом, но иногда мне было с ней очень дискомфортно.

Иногда мне казалось, будто она хотела проникнуть в мою душу и посмотреть из чего она состоит. Или напротив, порой сама меня вовлекала в свое пространство, чем ставила меня в неловкое положение. То она встретила меня у себя дома, выйдя из душа в одном полотенце, то просила зайти в примерочную и помочь ей с молнией сзади.

Я уже начала подумывать, что она ко мне неравнодушна, если бы не одно НО.

Как-то вечером я заехала к ней домой с эскизами, которые она просила меня привезти, но вместо ее постоянной домработницы мне открыла дверь молодая длинноволосая брюнетка, на которой не было ничего, кроме просторной рубашки.

Вскоре Кэтрин попросила меня забронировать для нее и ее молодой спутницы Дженны билет в Венецию.

— Здравствуй, Лили, — услышала я ее низкий голос, после чего мы начали обсуждать с ней планы на день.

Это было одно из ее правил.