Девочка. Книга третья

Душу рвало в клочья от беспомощности что-либо изменить, от бессилия помочь сыну. Она так надеялась, что это лишь влюбленность, которая пройдет через неделю, как легкая простуда, как корь, которой он переболел в детстве. Но она понимала, что лишь пускает по вене морфин ложной надеждой. Каждый раз, когда Лили приходила в больницу, она видела в глазах сына ту божью искру, которую звала любовью.

Макс мчался по трассе и прокручивал в голове сегодняшний день. Скорость всегда помогала ему сбросить напряжение и расставить все по местам.

Лили. Он и сам не понял, как и когда, но эта девушка заползла под кожу и осталась осадком в крови. Она не отпускала. Как чистый героин держит наркомана. И метадон уже не катил — он не помогал забыть.

Эти ее глаза-блюдца. Серьезный взгляд — прямо в сознание. Голос. Нежный, но грудной. Волосы. Прилежно зачесанные в косу. Хотелось запустить ладонь и растрепать их.

Вспомнил сегодняшний день и усмехнулся. ЧуднАя в этом фартуке. С яблоком в руках. Испачканная в муке щека, которую хотелось вытереть ладонью. Тонкие пальцы на тесте, которые хотелось сжать и почувствовать на себе. Макс дернул головой и, сдавив руль, утопил педаль газа.

В салоне послышалась трель сотового.

— Ты принял решение? — послышался голос с английским произношением.

— Да. Я вылетаю двадцать шестого.

— Тебя встретит водитель в Хитроу.

Макс положил трубку и прибавил скорости. Он принял правильное решение. Время поможет.

Глава 24

Просыпайся, соня, — я отдернула занавеску, и в глаза ударил свет яркого мартовского утра.

"— Какие планы на выходные? — сонным голосом спросила Джулия, высунув носик из-под одеяла, и добавила: — Хотя постой. Я знаю…

— Планы грандиозные, — улыбнулась я.

— Помню. У тебя сегодня поход в театр с этой как ее… c матерью Макса.

— Эльзой Хоуп.

— Ну да… — сонно произнесла Джули и наконец откинула одеяло по пояс. — И что у вас по плану?

— Мммм… — потянула я в предвкушении. — Пуччини.