Девятый для Алисы

Но, наверное, Миша в курсе и ему по карману. В конце концов, этот человек в Альпах отдыхал.

— Какой редкий гость к нам пожаловал! — рассмеялась звонко пышная девушка на раздаче. — Что, опять будешь нас за борщ ругать?

— Посмотрим, — улыбнулся Миша. А потом обернулся к Алисе. — На самом деле, здесь неплохо готовят, есть можно.

— Не верьте ему, девушка! — откуда-то из глубин служебных помещений показалась еще более дородная повариха. — А ты, Мишка, не дерзи, а то мамке пожалуюсь! — А потом обернулась к Алисе. — У нас очень вкусно, деточка.

Миша расхохотался.

— Как скажите, теть Валь. Ну тогда накормите нас вкусно.

— Так, этому проглоту винегрет, солянку и гуляш с гречкой. Девочке — овощную нарезку, бульон с гренками и куриную котлетку с рисом.

— А блины-ы-ы-ы?! — возмутился Миша.

— И блинов!

— Мне чур со сгущенкой!

— А девчушке твоей — с кедровыми орешками и медом, — отрезала поварихи и кивнула на раздачу. — Выполняйте.

***— Слушай, а про борщ правда? — Алиса с аппетитом доедала бульон с гренками.

— Ой, один раз замечание сделал — до сих пор припоминают, — Миша уже приступил ко второму. — У меня ж мать повариха, я не Галя булована, а просто знаю, какой должен быть настоящий борщ. Даже в общепите.

— Да ты отчаянный! — рассмеялась Алиса. — Поварихам замечания про борщ делать. — А потом решила подначить Михаила.

— Конечно.

Алиса поперхнулась гренкой. Она считала себя совершенно неумелой в плане кухни. Хотя стейки жарить научилась. А Мишка ее добивал.

— У меня борщ вкуснее, чем у них.

— Я не верю! — выпалила она.

— Вот если бы тебе не уезжать завтра — я б тебя накормил своим борщом, — ухмыльнулся Миша, пододвигая к себе тарелку с блинами. А потом улыбаться перестал.

Михаил вслух озвучил то, что витало над ними все сегодняшнее занятие. Оно последнее.

Это их последняя встреча.

— Обязательно попробуй блины, они у них тут в самом деле вкусные, — выражение лица Миши противоречило его словам. Блины он ел с совершенно кислым выражением лица. А у Алисы вообще кусок в горло не лез. Обед они завершили в молчании, так же молча вышли из кафе.

Остановились у стойки со снаряжением.

— Ну… — Миша протянул ей руку, потом зачем-то вытер ее о штанину, потом и вовсе спрятал в карман куртки.