Детка

 — Что не понятно, в выражении ""НЕ ВЫХОДИ"", мать твою!?

Он ругал меня… Братик был снова недоволен поведением сестрички?! Что же, пожалуй, я в нужной кондиции, чтобы поговорить на чистоту. Разве не для этого создали подобного рода напитки?

Марк.

Сумасшествие пришло не по расписанию. Я ждал его где-то к девяноста годам, когда у внуков уже родятся малыши, а мы с женой, наконец, перестанем быть нужны этому миру. Но не, мать твою, в двадцать семь лет!

Я смотрел в глаза Детки и вдруг осознал… Прикосновения к ней лучшее, что происходило со мной в жизни.

А я ведь проштудировал всю Камасутру и перепробовал столько жриц любви, что можно было бы сравнить с гаремом персидских шейхов! Но эти глаза… Боже мой, эти два ясных бездонных озера могли лишить голоса, когда смотрели прямо в душу. Во время танца девочка запыхалась и дышала через рот, от чего ее полные губки соблазнительно приоткрывались, окончательно лишая здравого рассудка.

Я не мог не трогать ее. В уме доказывал себе, что это просто манера танца, но… Нет! Хотя бы себе можно ведь признаться? Мне было приятно прикасаться к ее телу.

Так сильно, что член впервые встал от обычного прикосновения к ее пальцам. Чертов подросток, который мог кончить только от того, как помутившийся взгляд молит тебя о чем-то запретном, а упругая попка в руках раскачивается в такт музыке…

И тогда я сделал то, что может позволить себе только безумец в момент приступа: дал ощутить, что она сделала со мной. Это она лишила меня разума. Она — причина моего помешательства.

Но почему тогда взывает только фантастические чувства, в виде покалываний в конечностях и адского жжения в паху?! Она должна понять, как реагирует мое тело на простые ее прикосновения…

— Марк… — сладкий хрип малышки проник прямо в душу и взорвал все предрассудки. Да пошло оно все!!! Если я не поцелую ее прямо сейчас, когда наши тела буквально соединены воедино, я сдохну! Я уже ничего не вижу, кроме этих губ… розовых, влажных… и душа наизнанку от предвкушения… Я же ненавижу целоваться! А сейчас… губы напротив — смысл моей жизни.

Цель существования.

""А вдруг она попросит тебя остановиться? Очнись, придурок! Ей шестнадцать и она не такая, как другие!"" — нашептывает внутренний голос и я согласен с ним. Я никогда не возьму ее силой. Решение должно быть за ней.

Только вот ее глаза пылают, разрывая меня на кусочки своим желанием, а потом… Страх, ужас, непонимание, смятение… Нет. Она определенно не готова, не хочет.

Не помню, как дотащил ее до кабинки.