Детка

Умелые пальцы могли стянуть трусики быстро и не задумываясь, но он словно нарочно делал это медленно и неторопливо. Марк явно наслаждался тем, как его ладонь медленно скользит вниз по ноге, обнажая меня все больше и больше. Порванные колготки скатывались тоже, заставляя кожу покрываться мелкими мурашками. Или все дело в нежных прикосновениях?

— Раздвинь ноги, Детка… — хрипло попросил он, когда закончил мучительную процедуру. Я посмотрела в глаза мужчины и не смогла отказать. Его взгляд пьянил сильнее всех выпитых коктейлей.

 — Скажи… Ты делала что-то подобное? Позволяла кому-то смотреть на тебя так, прикасаться, целовать?

Марк придвинулся еще ближе и теперь его дыхание опаляло внутреннюю часть бедра.

— Нет, никогда, — облизав пересохшие вмиг губы, шепнула я. — Только ты…

— Отлично… — облегченно выдохнул мужчина и, прежде чем я успела задать вопрос: ""А зачем тебе это?"", почувствовала его язык между ног."

"Это было что-то странное… Из ряда ощущений, которых никогда ранее не было в моей жизни.

Каждое прикосновение Гранта отдавало сотней сладких спазмов в низ живота, заставляя выгибаться, стонать и сжимать его волосы, пытаясь стать еще ближе… Если секс на самом деле такая крышесносная вещь, то теперь мне понятна зависимость Марка от него…

— Прошу… — из губ вырвался невнятный хрип, когда стало ясно — тянуть больше нельзя. Еще пару прикосновений и конец. Бурный, манящий, но такой не правильный… без него!

— Хорошо, Детка, — сладко прорычал мужчина, резко отстраняясь и поднимаясь ко мне.

Его глаза оказались напротив. Налитый желанием орган уперся в мое лоно, но Марк словно чего-то ждал, искал в моих глазах, а затем просто поцеловал и тихо шепнул: — Хорошо, моя девочка…

Толчок. Не быстрый, но такой ощутимый. Словно гром среди ясного неба, который разделил мир на до и после. Острая боль пронзила все тело, заставляя закусить губу до боли. Не свою…

— Все, Детка… Все… Боли больше не будет… — руки мужчины взяли мое лицо в ладони, а губы начали осыпать щеки мелкими, но такими важными сейчас поцелуями.

А я и не заметила, что плачу…

Он замер во мне, не решая двигаться дальше. Но сейчас, когда боль поутихла, вернулось то возбуждение, до которого довел меня мужчина. Марк все еще был близко. Его влажное тело прикасалось ко мне так тесно, что мы могли бы раствориться друг в друге. И все равно хотелось залезть под кожу… Те чувства, что бурлили внутри нельзя было описать ни чем иным, кроме как — любовь.